Сообщение: Татьяна Шихмурадова (от имени ее супруга Бориса Шихмурадова) против Туркменистана. Сообщение N 2069/2011. Соображения приняты Комитетом 17 октября 2014 г.
В 2011 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Туркменистану.
Тема сообщения: насильственное исчезновение супруга автора; пытки; хабеас корпус; несправедливое судебное разбирательство.
Вопросы существа: право на жизнь, запрещение пыток и жестоких и бесчеловечных видов обращения, право на свободу и личную безопасность; право на справедливое судебное разбирательство; принцип отсутствия обратной силы; защита от незаконного вмешательства в семейную жизнь.
Правовые позиции Комитета. Комитет вновь подтверждает, что бремя доказывания не может лежать исключительно на авторе сообщения, особенно с учетом того, что автор и государство-участник не всегда имеют равный доступ к доказательствам и что зачастую только государство-участник пользуется доступом к соответствующей информации (Эль Хасси против Ливийской Арабской Джамахирии, п. 6.7; сообщение N 1297/2004, Меджуин против Алжира, Соображения от 14 июля 2006 г., п. 8.3; сообщение N 1804/2008, Иль Хуильди против Ливийской Арабской Джамахирии, Соображения от 1 ноября 2012 г., п. 7.2.). Из п. 2 ст. 4 Факультативного протокола явствует, что государство-участник обязано добросовестно расследовать все утверждения о нарушениях Пакта, которые были совершены по отношению к нему и его представителям, и представить Комитету сведения, которые у него имеются. В тех случаях, когда утверждения подтверждаются достоверными доказательствами, представленными автором, и когда любое дополнительное прояснение обстоятельств зависит от сведений, которыми располагает исключительно государство-участник, Комитет может считать утверждения автора обоснованными в отсутствие представленных государством-участником удовлетворительных доказательств или разъяснений, подтверждающих противоположное (п. 6.2 Соображений).
Комитет напоминает свою правовую практику, согласно которой в случаях насильственного исчезновения лишение свободы при последующем отказе признать факт такового или сокрытии данных о судьбе или местонахождении исчезнувшего лица, оставляет это лицо вне защиты закона и ставит его жизнь под серьезную и постоянную угрозу, за которую несет ответственность государство (п. 6.3 Соображений) (Абушаала против Ливии, п. 6.2.).
Комитет отдает себе отчет в том, насколько сильные страдания испытывает человек, содержащийся без связи с внешним миром. Комитет ссылается на свое Замечание общего порядка N 20 (1992 года) о запрещении пыток или жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, в котором он рекомендует государствам-участникам принимать меры против содержания под стражей без связи с внешним миром (п. 6.4 Соображений).
Комитет напоминает, что в соответствии с Пактом каждому предоставляется право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, учрежденным в соответствии с законом, и что равенство возможностей обвинения и защиты является непременным условием соблюдения принципа справедливого разбирательства (п. 6.6 Соображений) (См. сообщение N 307/1988, Джон Кэмпбелл против Ямайки, Соображения от 24 марта 1993 г., п. 6.4.).
Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела. Комитет отмечает, что согласно неопровергнутой информации, представленной автором, г-н Шихмурадов был арестован, предан суду и приговорен к пожизненному тюремному заключению и с тех пор не имел возможности связаться со своей супругой или какими-либо другими членами семьи. Комитет отмечает, что также не было оспорено утверждение о том, что местонахождение г-на Шихмурадова неизвестно и что его супруга и родственники не располагают информацией о его здоровье и благополучии, несмотря на многочисленные попытки связаться с различными органами власти. Автор утверждает, что она даже не уверена в том, жив ли ее супруг. Комитет отмечает, что государство-участник не опровергло утверждения автора о том, что на протяжении 12 лет у нее не было никаких контактов с супругом и что власти ни разу не представили ей каких-либо сведений о местонахождении ее супруга. В случае данного дела Комитет отмечает, что государство-участник не представило доказательств того, что оно выполняло свои обязательства по защите жизни г-на Шихмурадова в течение 12 лет, истекших с момента его осуждения. В данных обстоятельствах к утверждениям автора следует отнестись со всей серьезностью (п. 6.3 Соображений).
Комитет отмечает, что факт содержания г-на Шихмурадова без связи с внешним миром в неустановленном месте без доступа к семье, адвокату или иному лицу во внешнем мире не оспаривается. Комитет принимает к сведению утверждения автора о том, что членам Народного совета была продемонстрирована видеозапись, при просмотре которой складывалось впечатление, что г-н Шихмурадов предположительно находился под воздействием "психотропных веществ". В данных обстоятельствах с учетом состояния здоровья г-на Шихмурадова до ареста и в отсутствие опровержений вышеприведенной информации со стороны государства-участника Комитет заключает, что к утверждениям автора следует отнестись со всей серьезностью (п. 6.4 Соображений).
Что касается заявления о том, что содержание г-на Шихмурадова в заключении после вынесения приговора представляет собой нарушение ст. 9 Пакта, то Комитет принимает к сведению утверждения автора о том, что он содержится без связи с внешним миром в неизвестном месте без доступа к адвокату и без возможности оспорить законность своего содержания в заключении. В отсутствие какой-либо информации в этом отношении со стороны государства-участника Комитет считает, что к утверждениям автора следует отнестись со всей серьезностью (п. 6.5 Соображений).
Что касается заявлений автора в связи с положениями ст. 14 Пакта, то Комитет отмечает, что г-н Шихмурадов был изначально приговорен к лишению свободы сроком на 25 лет и что суд над ним состоялся 29 декабря 2002 г., спустя всего лишь четыре дня после его ареста. По словам автора, судебное слушание не было открытым и продлилось всего один день, а приговор был вынесен исключительно на основании признательных показаний, данных г-ном Шихмурадовым под принуждением. Комитет далее отмечает, что по итогам отдельного и закрытого слушания, состоявшегося на следующий день 30 декабря 2002 г., Народный совет приговорил г-на Шихмурадова к пожизненному лишению свободы. Комитет принимает к сведению утверждения автора о том, что г-ну Шихмурадову не было предоставлено достаточно времени для подготовки защиты, он не мог посовещаться со своими адвокатами и не получил возможности добиться пересмотра обвинительного заключения и приговора судом более высокой инстанции в соответствии с законом. Комитет принимает к сведению неопровергнутое заявление автора о том, что Народный совет, который представляет собой политический орган, возглавляемый Президентом, и в состав которого входят члены парламента и министры, не может считаться компетентным, независимым и беспристрастным судом по смыслу п. 1 ст. 14 Пакта и согласно его требованиям. В отсутствие какой-либо информации в этом отношении со стороны государства-участника Комитет считает, что к утверждениям автора следует отнестись со всей серьезностью (п. 6.6 Соображений).
Что касается п. 1 ст. 15 Пакта, то Комитет принимает к сведению утверждения автора о том, что власти государства-участника назначили более строгое наказание, чем то, которое подлежало применению в момент совершения уголовного преступления. Комитет принимает к сведению неопровергнутое утверждение автора о том, что самым строгим наказанием по туркменскому законодательству на момент совершения предполагаемых преступлений было лишение свободы сроком на 25 лет, как это предусматривалось действовавшим тогда Уголовным кодексом Туркменистана. Комитет также отмечает, что решение об установлении пожизненного лишения свободы в качестве меры наказания было принято Народным советом уже после вынесения г-ну Шихмурадову обвинительного приговора (п. 6.7 Соображений).
Что касается автора, то Комитет принимает к сведению страдания и душевную боль, причиненные ей содержанием ее супруга под стражей без связи с внешним миром и его исчезновением. Ссылаясь на свою правовую практику, Комитет делает вывод о том, что рассматриваемые им факты свидетельствуют о нарушении ст. 7 Пакта в отношении автора (п. 6.8 Соображений) (См. Аль-Абани против Ливийской Арабской Джамахирии, п. 7.5.).
Выводы Комитета. Комитет по правам человека считает, что представленные ему факты свидетельствуют о нарушении государством-участником п. 1 ст. 6, ст. ст. 7, 9 и пп. 1 и 5 ст. 14 Пакта в отношении г-на Шихмурадова. Они также свидетельствуют о нарушении ст. 7 Пакта в отношении автора (п. 7 Соображений).
В соответствии с п. 3 ст. 2 Пакта государство-участник обязано обеспечить г-ну Шихмурадову и автору сообщения эффективное средство правовой защиты, в частности: a) незамедлительно освободить его, если он по-прежнему тайно содержится под стражей; b) провести тщательное и действенное расследование в связи с его задержанием, исчезновением и несправедливым судебным разбирательством; c) предоставить ему и автору подробную информацию о результатах расследования; d) в случае смерти г-на Шихмурадова вернуть его останки автору; e) подвергнуть уголовному преследованию, осудить и наказать виновных в совершении нарушений; f) предоставить соответствующую компенсацию автору сообщения и г-ну Шихмурадову за допущенные нарушения. Государство-участник также обязано принять меры для недопущения повторения подобных нарушений в будущем (п. 8 Соображений).