Сообщение: Жаслан Сулейменов против Казахстана. Сообщение N 2146/2012. Соображения приняты Комитетом по правам человека 21 марта 2017 г.
В 2012 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Казахстану.
Тема сообщения: пытки и неправомерное обращение с автором в условиях содержания под стражей.
Вопросы существа: пытки - оперативное и беспристрастное расследование; свобода мысли, совести или религии; условия содержания под стражей.
Правовые позиции Комитета: уголовное расследование и последующее судебное преследование являются необходимыми средствами правовой защиты от нарушений прав человека, защищаемых статьей 7 Пакта (пункт 8.3 Соображения).
Комитет отмечает, что на государство-участник возложено обязательство соблюдать определенные минимальные стандарты обращения с заключенными, включая оказание медицинской помощи и обеспечение ухода за больным заключенным, что предусмотрено правилом 24 Минимальных стандартных правил Организации Объединенных Наций в отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы). Из представленной автором информации очевидно, что следственные изоляторы, тюрьмы и медицинские пункты, где автор содержался после суда, не приспособлены к нуждам инвалида, который может передвигаться только в инвалидной коляске (пункт 8.7 Соображения).
Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: Комитет принимает во внимание утверждения автора о том, что он неоднократно подвергался пыткам и иным видам жестокого обращения. Комитет отмечает, что автор сообщал о применении пыток как в ходе своего первого официального допроса, состоявшегося 7 февраля 2009 г., так и в течение всего судебного разбирательства. Комитет отмечает..., что автор и его тетя представили в прокуратуру и суды конкретные доказательства пыток, примененных к автору сотрудниками правоохранительных органов, в частности повреждения ног, однако по его утверждениям о пытках так и не было проведено надлежащего расследования. Комитет считает, что в обстоятельствах данного дела и, в частности, в свете неспособности государства-участника объяснить многочисленные случаи предполагаемого неправомерного обращения утверждения автора следует счесть достаточно вескими (пункт 8.2 Соображения).
Комитет подчеркивает два эпизода из многочисленных утверждений автора. Во-первых, автор жаловался на пытки, якобы примененные в ходе его первоначального допроса 7 февраля 2009 г., с тем чтобы заставить его признать свою вину. Комитет отмечает утверждения автора о том, что его избивали и не разрешали пользоваться инвалидной коляской. Автор заявляет, что он немедленно подал соответствующую жалобу. Согласно копиям ответов властей от 20 марта 2009 г. (Письмо от Департамента Комитета национальной безопасности по городу Астане.), они просто отклонили утверждения автора, не представив никаких разъяснений и не проведя официального расследования. 10 апреля 2009 г. прокуратура направила аналогичное письмо, вновь без объяснений отклонив утверждения автора (Письмо заместителя прокурора города Астаны.). Кроме того, 23 апреля 2009 г. ходатайство автора о расследовании утверждений о применении пыток было отклонено следственным управлением Комитета национальной безопасности также без сообщения какой-либо информации или разъяснения причин отклонения. Наконец, просьба автора расследовать утверждения о применении пыток была отклонена следственным управлением Комитета по городу Астане в письме от 20 ноября 2009 г. (пункт 8.3 Соображения).
Во-вторых, как признало государство-участник, ряд жалоб автора, например представления от 25 сентября 2009 г. и 21 октября 2009 г., были переданы в суд для рассмотрения его утверждений... В случае подачи жалобы на неправомерное обращение, противоречащее статье 7 [Пакта], государство должно провести оперативное и беспристрастное расследование. Однако вместо того, чтобы провести оперативное и беспристрастное расследование по заявлениям автора о применении пыток, суд просто допросил одного из следователей, который отрицал совершение каких-либо противоправных действий в отношении автора. Комитет отмечает, что материалы дела не позволяют ему сделать вывод о том, что по утверждениям о применении пыток было проведено оперативное и беспристрастное расследование, несмотря на ряд достоверных жалоб со стороны самого автора и его тети. В отсутствие любой другой актуальной информации и с учетом обстоятельств данного дела Комитет делает вывод о том, что представленные ему факты свидетельствуют о нарушении прав автора, закрепленных в статье 7 Пакта, рассматриваемой отдельно в совокупности с пунктом 3 статьи 2 Пакта (пункт 8.4 Соображения).
Государство-участник оспорило утверждения автора (Автор ссылался на отсутствие в условиях заключения надлежащей медицинской помощи к нарушению его прав, закрепленных в пункте 1 статьи 10 Пакта. Также автор жаловался, что здание суда, следственные изоляторы и тюрьмы не оборудованы для обеспечения доступности для инвалидов и что ему неоднократно отказывали в медицинской помощи.), заявив, что автор получал медико-санитарное обслуживание, когда оно ему было необходимо, и что следственные изоляторы и тюрьмы располагают необходимым персоналом, оборудованием и помещениями, отвечающими потребностям инвалидов. Протоколы свидетельствуют о том, что из-за своей инвалидности автор нуждается в специальном медицинском уходе. Кроме того, автор нуждался в помощи, чтобы сходить в туалет и принять душ, а также лечении его давних проблем со здоровьем, таких как постоянные пролежни (пункт 8.6 Соображения).
Комитет отмечает далее заявления автора о том, что его оставляли в камере одного, при этом он не имел возможности чем-либо заниматься, что привело к образованию на его теле многочисленных пролежней. Автор не мог передвигаться самостоятельно, и ему не оказывалась постоянная помощь даже для удовлетворения самых базовых потребностей. Комитет отмечает далее, что, несмотря на несколько осмотров врачами-специалистами пенитенциарной системы, он не получал лечения, соответствующего состоянию его здоровья, и что он продолжал страдать от отсутствия необходимого ему специализированного медико-санитарного обслуживания и медикаментов. На основании представленной ему информации Комитет делает вывод о том, что помещение автора в подобные условия представляет собой нарушение его права на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности, закрепленное в пункте 1 статьи 10 Пакта (пункт 8.7 Соображения) (См., например, сообщения N 695/1993, Симпсон против Ямайки, Соображения, принятые 31 октября 2001 г., пункт 7.2; N 590/1994, Беннет против Ямайки, Соображения, принятые 25 марта 1999 г., пункты 10.7 - 10.8; N 704/1996, Шоу против Ямайки, Соображения, принятые 2 апреля 1998 г., пункт 7.1; и N 734/1997, Маклеод против Ямайки, Соображения, принятые 31 марта 1998 г., пункт 6.4.).
Выводы Комитета: факты свидетельствуют о нарушении прав автора, закрепленных в статье 7, рассматриваемой отдельно и в совокупности с пунктом 3 статьи 2, и пункте 1 статьи 10 Пакта (пункт 9 Соображения).