Дело "Рахилхан Бизуруков против Кыргызстана". Соображения Комитета ООН по правам человека от 12 июля 2023 года. Сообщение N 3001/2017.
В 2017 году авторам сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Кыргызстану.
Автор утверждал, что государство-участник нарушило права ее мужа в связи с тем, что медицинский персонал места принудительного содержания ее мужа не оказал ему надлежащей медицинской помощи, что привело к его смерти. Комитет установил, что представленная ему информация свидетельствовала о нарушении государством-участником прав мужа автора, предусмотренных пунктом 1 статьи 6 и пунктом 1 статьи 10 Пакта.
Правовые позиции Комитета: обязанность обеспечивать задержанным право на жизнь возлагается на государства и что сами задержанные не обязаны просить о защите. Государства-участники несут повышенное обязательство заботиться о принятии любых необходимых мер для защиты жизни лиц, лишенных свободы государством, поскольку, подвергая лиц аресту, задержанию, заключению или иным образом лишая их свободы, государства-участники берут на себя ответственность за заботу об их жизни и физической неприкосновенности, при этом для уменьшения такой ответственности они не могут ссылаться на отсутствие финансовых ресурсов или другие материально-технические проблемы. Государство-участник должно знать о состоянии здоровья заключенных в государственных местах содержания под стражей в той мере, в какой это можно обоснованно предположить (пункт 7.3 Соображений).
Комитет напоминает, что гуманное обращение со всеми лицами, лишенными свободы, при уважении их достоинства, является основополагающим правилом универсального применения. Они не должны испытывать иных лишений и тягот помимо тех, которые являются неизбежным следствием лишения свободы; с ними необходимо обращаться гуманно в соответствии с Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными Организации Объединенных Наций. В соответствии с Принципами медицинской этики, относящимися к роли работников здравоохранения, в особенности врачей, в защите заключенных или задержанных лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, медицинский персонал, в особенности врачи, обеспечивающие медицинское обслуживание заключенных или задержанных лиц, обязаны охранять их физическое и психическое здоровье и обеспечивать лечение заболеваний такого же качества и уровня, какое обеспечивается лицам, не являющимся заключенными или задержанными (пункт 7.4 Соображений).
Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: необходимо было определить, нарушило ли государство-участник свои обязательства по пункту 1 статьи 6 и пункту 1 статьи 10 Пакта в связи со смертью г-на Бизурукова в результате неадекватного медицинского лечения. Комитет принял к сведению утверждение автора о том, что 9 июля 2011 года ее муж был переведен из изолятора временного содержания в СИЗО N 5 в Оше, где он содержался под стражей до своей смерти 1 сентября 2011 года. Она отметила, что с момента поступления в СИЗО N 5 и до дня, предшествующего смерти, г-н Бизуруков жаловался медицинскому персоналу на свое здоровье, а именно на боли в почках и мочевыводящих путях, а также на трудности с мочеиспусканием. Комитет заявил, что в период с 9 июля по 1 сентября 2011 года г-н Бизуруков только один раз посетил уролога, который поставил диагноз "доброкачественная гиперплазия предстательной железы" и рекомендовал ему сделать операцию по удалению аденомы простаты. Комитет указал, что, несмотря на свое состояние, г-н Бизуруков оставался практически без внимания медицинского персонала в СИЗО N 5, и за ним ухаживал в основном его сын (который также содержался там), в том числе когда ему пришлось применять мочевой катетер для опорожнения мочевого пузыря г-на Бизурукова после того, как последний не мог помочиться в течение нескольких дней. Комитет принял к сведению заявление государства-участника о том, что Государственная служба исполнения наказаний провела уголовное расследование по факту смерти г-на Бизурукова и что начальник медсанчасти была оправдана по всем пунктам обвинения Верховным судом (пункт 7.2 Соображений).
На основании документов, представленных ему автором, Комитет отметил, что судебно-медицинская экспертиза установила: г-н Бизуруков страдал хронической ишемической болезнью сердца. Комитет обратил внимание на то, что это не было известно медицинскому персоналу СИЗО N 5, поскольку он никогда не жаловался на проблемы с сердцем и, как установила Государственная служба исполнения наказаний в ходе своего расследования, поскольку он не был обследован на предмет сердечных заболеваний, несмотря на его возраст и другие жалобы на здоровье. Комитет счел, что, учитывая общее состояние здоровья и возраст г-на Бизурукова, а также серьезность его жалоб, надлежащим образом функционирующая медицинская служба в СИЗО N 5 могла и должна была обеспечить ему регулярное наблюдение и необходимую медицинскую помощь, чтобы предотвратить внезапное ухудшение состояния его здоровья. Соответственно, Комитет пришел к выводу: государство-участник не приняло надлежащих мер по защите жизни г-на Бизурукова в период его пребывания в СИЗО N 5 (пункт 7.3 Соображений).
В связи с жалобой автора по пункту 1 статьи 10 Пакта Комитет отметил, что государство-участник не оспорило представленную автором информацию об условиях содержания г-на Бизурукова под стражей и не представило никакой информации об обращении с ним во время содержания под стражей. Комитет признал нарушение прав г-на Бизурукова по пункту 1 статьи 10 Пакта (пункт 7.4 Соображений).
Выводы Комитета: представленная информация свидетельствовала о нарушении государством-участником прав, предусмотренных пунктом 1 статьи 6 и пунктом 1 статьи 10 Пакта (пункт 8 Соображений).