Дело "Бальтасар Гарсон против Испании". Соображение Комитета по правам человека от 23 мая 2023 года. Сообщение N 2844/2016.
В 2016 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Испании.
Автор, являвшийся судьей, утверждал, что стал жертвой преследования и мести за проведение следствия по ряду дел. По его словам, суды, рассматривавшие его дело, не были беспристрастны. Автор также указывал, что в нарушение статьи 2 (пункт 3) Пакта ему не было обеспечено эффективного средства правовой защиты для устранения нарушений, упомянутых в его сообщении, которое позволило бы прекратить возбужденные против него дела. Автор заявлял, что государство-участник нарушило его права, предусмотренные Пактом. Комитет установил нарушения государством-участником статей 14 (пункты 1 и 5) и 15 Пакта.
Как усматривалось из текста Соображений, автором сообщения являлся Бальтасар Гарсон, подданный Испании. Автор занимал должность судьи в государстве-участнике в течение 31 года, в том числе 22 года занимал пост главного судьи Центральной следственной палаты N 5 Национальной судебной коллегии. В этом качестве он руководил следствием по двум делам, имевшим большой политический резонанс на уровне страны. После завершения следствия по упомянутым делам физические и юридические лица, в отношении которых совершались следственные действия, подали на автора жалобы о превышении должностных полномочий. Автор утверждал, что стал жертвой преследования и мести за проведение следствия по этим двум делам. По его словам, суды, рассматривавшие его дело, не были беспристрастны. Автор также указывал, что в нарушение статьи 2 (пункт 3) Пакта ему не было обеспечено эффективное средство правовой защиты для устранения нарушений, упомянутых в его сообщении, которое позволило бы прекратить возбужденные против него дела. Автор заявлял, что государство-участник нарушило его права, предусмотренные статьями 2 (пункт 3), 14 (пункты 1, 2, 3 и 5), 15, 17, 19 и 26 Пакта. Комитет установил нарушения государством-участником статей 14 (пункты 1 и 5) и 15 Пакта.
Правовые позиции Комитета: в соответствии [З]амечанием общего порядка N 32 (2007) государства должны принимать конкретные меры, гарантирующие независимость судебной системы, обеспечивающие защиту судей от любых форм политического вмешательства в процесс принятия ими решений, с помощью конституционных гарантий или принятия законов, устанавливающих четкие процедуры и объективные критерии назначения, выплаты вознаграждения, сохранения занимаемой должности, продвижения по службе, приостановления и прекращения полномочий членов судейского корпуса и применяемых по отношению к ним дисциплинарных санкций. Он также напомнил, что полномочия судей могут быть прекращены только на основании серьезных доказательств ненадлежащего поведения или некомпетентности в соответствии со справедливыми процедурами, обеспечивающими объективность и беспристрастность и установленными в конституции или в законе. Точно также в Основных принципах независимости судебных органов говорится о том, что судьи могут быть временно отстранены от должности или уволены только по причине их неспособности выполнять свои обязанности или поведения, делающего их несоответствующими занимаемой должности (пункт 5.4 Соображений).
Комитет отметил, что принцип независимости судебных органов, который является неотъемлемой гарантией свободного осуществления судебной функции, требует, чтобы судья (как и прокурор) мог свободно толковать и применять закон и оценивать факты и доказательства, не сталкиваясь с запугиванием, притеснениями или вмешательством в исполнение своих обязанностей. В отношении судей не должно возбуждаться уголовное или дисциплинарное судопроизводство на основании содержания их решений, кроме как в случае подозрений в совершении тяжкого преступления, коррупции, ненадлежащего поведения или некомпетентности, делающих их несоответствующими занимаемой должности, и при условии соблюдения их права на справедливое судебное разбирательство. Судебные ошибки должны исправляться посредством пересмотра решения вышестоящим судом (пункт 5.5 Соображений).
Комитет обратил внимание: требование беспристрастности имеет два аспекта. Во-первых, судьи не должны допускать, чтобы их решения принимались под воздействием личной заинтересованности в исходе дела или предубеждения, и им нельзя испытывать предвзятости в отношении рассматриваемого ими конкретного дела. Во-вторых, суд обязан также представать как беспристрастный орган в глазах разумного наблюдателя. Например, процесс, на ход которого в значительной степени влияет заинтересованность судьи, который в соответствии с внутренними законами должен был бы быть дисквалифицирован, обычно не может считаться беспристрастным (пункт 5.10 Соображений).
Комитет напомнил, что каждый, кто осужден за какое-либо преступление, имеет право на то, чтобы его осуждение и приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией согласно закону. Комитет напомнил, что формулировка "согласно закону" не подразумевает дискреционные полномочия государств-участников в отношении самого по себе предоставления права на пересмотр. Хотя законодательство государства-участника в известных случаях может предусматривать, что в связи с занимаемой должностью то или иное лицо подпадает под юрисдикцию суда более высокой инстанции, нежели это обычно практикуется, само по себе это обстоятельство не может умалять право обвиняемого на пересмотр его приговора и осуждения, поскольку отсутствие права на пересмотр вышестоящим судом не компенсируется тем фактом, что лицо судимо верховным судом соответствующего государства-участника; такая система скорее не совместима с Пактом, кроме как если соответствующее государство-участник сделало оговорку в этом отношении (пункт 5.12 Соображений).
По мнению Комитета, конкретный характер любого допущенного нарушения статьи 15 Пакта требует от него изучения вопроса о том, свидетельствует ли толкование и применение соответствующего уголовного закона национальными судами в определенном случае о нарушении запрета на наказание в силу закона, вступившего в действие после совершения наказуемого деяния, или наказание, не основанное на законе. В этой связи Комитет может рассмотреть вопрос о том, является ли преступление "в достаточной степени определенным", чтобы соблюсти принцип законности, согласно которому уголовная ответственность и наказание должны определяться ясными и четкими положениями только того законодательства, которое действовало и применялось в момент совершения деяния или упущения. Всякое преступление должно четко подпадать под действие законодательства и иметь предсказуемые последствия для обвиняемых (пункт 5.14 Соображений).
Комитет также напомнил о своей правовой практике, согласно которой оценка фактов и доказательств в каждом конкретном случае или применение внутреннего законодательства возлагается на суды государств-участников Пакта, если только не будет доказано, что такая оценка или применение были явно произвольными или равносильными явной ошибке или отказу в правосудии (пункт 5.15 Соображений).
Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: установлено, что автор вынес обоснованные решения, обладая необходимыми полномочиями для расследования обстоятельств дела, и что он был не единственным, кто придерживался такой позиции, поскольку его поддержали трое судей пленума уголовной палаты Национальной судебной коллегии и несколько судей местных судов, как официально заявила прокуратура в своем возражении против возбуждения судопроизводства в отношении автора по обвинению в превышении должностных полномочий. Комитет счел, что в свете вышеизложенного решения автора представляли собой как минимум правдоподобное юридическое толкование, правомерность которого была обжалована в порядке апелляции и из которого не явствовало, что его решение по делу о франкизме могло составлять ненадлежащее поведение или некомпетентность, оправдывающую прекращение его полномочий в соответствии с опубликованным Комитетом Замечанием общего порядка N 32. В этой связи в решении Верховного суда Королевства Испании 101/2012 от 27 февраля 2012 года о вынесении оправдательного приговора по делу о франкизме подчеркивается, что ошибка автора "была исправлена в судебном порядке пленумом уголовной палаты Национальной судебной коллегии" (пункт 5.7 Соображений).
"Автор занимал должность судьи в государстве-участнике в течение 31 года, в том числе 22 года состоял на посту главного судьи Центральной следственной палаты N 5 Национальной судебной коллегии. В этом качестве он руководил следствием по двум делам, имевшим большой политический резонанс на уровне страны, а именно по делу о преступлениях против человечности, совершенных в период диктатуры Франко ("дело о франкизме"), и по делу о коррупции в Народной партии Испании ("дело Гюртель"). После завершения следствия по двум упомянутым выше делам физические и юридические лица, в отношении которых совершались следственные действия, подали на автора жалобы о превышении должностных полномочий" (пункт 1.2 Соображений).
В отношении второго дела ("Дело Гюртель".) Комитет отметил, что автор был осужден за превышение должностных полномочий в связи с вынесением им постановления о прослушивании устных переговоров обвиняемых с их адвокатами. Однако Комитет принял к сведению утверждения автора о том, что его постановления о прослушивании сообщений были вынесены по просьбе полиции и с одобрения прокуратуры на основании признаков преступной деятельности со стороны защитников и действовали в течение ограниченного срока, что стенограммы, касающиеся стратегии защиты, были исключены из материалов дела и что срок действия постановлений был продлен судьей, который пришел на смену автора после отстранения его от должности (пункт 5.8 Соображений).
В отношении заявленной беспристрастности судов, выносивших решения, Комитет принял к сведению, что, согласно утверждению государства-участника, пятеро судей, участвовавших в обоих судебных разбирательствах, по ходатайству автора были отведены и отстранены от участия в процессе. Однако Комитет учел не опровергнутые государством-участником утверждения автора о том, что двое из судей, вынесших ему обвинительный приговор в связи с делом Гюртель, также судили его в связи с делом о франкизме и что устные слушания по этим двум делам проходили с разницей в пять дней... Оба разбирательства в отношении одного и того же обвиняемого, автора, проходили одновременно, и приговоры по ним были вынесены с разницей в 18 дней. Автор ходатайствовал об отводе обоих судей, однако его ходатайство было отклонено Верховным судом. Комитет также отметил, что государство-участник не опровергло утверждение автора о том, что один из этих судей, Л.В., бывший главным следственным судьей по делу о франкизме, на протяжении всего разбирательства по делу проявлял отсутствие беспристрастности, в частности, посредством неоднократного содействия заявителям в изменении обвинительного заключения против автора (пункт 5.9 Соображений).
На основании предоставленной автором информации (См.; пункт 5.9 Соображений.) сделан вывод о том, что сомнения автора сообщения в беспристрастности судов, выносивших решения, объективно обоснованы и, следовательно, указанные суды не могли представать в глазах разумного наблюдателя как достаточно беспристрастные для вынесения ими решения (пункт 5.10 Соображений).
Рассмотрев в свете всей предоставленной информации действия автора в рамках второго дела, Комитет не смог прийти к выводу о том, что его трактовка законодательства представляла собой запрещенное поведение или проявление серьезной некомпетентности, которая могла бы оправдать его осуждение по уголовной статье и последовавшее за ним окончательное освобождение его от занимаемой должности. Кроме того, Комитет счел, что осуждение автора было произвольным и непредсказуемым, поскольку в нарушение статьи 15 (пункт 1) Пакта оно не было основано на достаточно ясных, четких и точных положениях, однозначно определяющих запрещенное поведение (пункт 5.17 Соображений).
Выводы Комитета: представленные факты свидетельствовали о нарушении государством-участником статей 14 (пункты 1 и 5) и 15 Пакта (пункт 6 Соображений).