Дело "Бьенон Пьетри против Швейцарии". Мнение Комитета от 5 декабря 2016 года. Сообщение N 53/2013.
В 2011 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалоб. Впоследствии жалобы была коммуницирована Швейцарии.
Комитет установил: из информации, представленной сторонами, не следовало, что отказ в удовлетворении ходатайства заявителя о натурализации был основан на дискриминационных критериях, связанных с его национальным или этническим происхождением. Что касается утверждений автора о дискриминации по признаку инвалидности, то Комитет указал, что в соответствии со статьей 1 Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации он некомпетентен рассматривать отдельное утверждение о дискриминации по признаку инвалидности. Комитет обратил внимание на следующее - национальные суды рассмотрели жалобу заявителя на дискриминацию и, изучив протоколы заседания муниципального собрания и другие доказательства, пришли к выводу, что решение об отказе в удовлетворении его ходатайства о натурализации не было продиктовано дискриминационными мотивами. Установлено - Верховный суд рассмотрел оба утверждения заявителя, касавшихся как дискриминации по признаку национального или этнического происхождения, так и дискриминации по признаку инвалидности. По мнению Комитета, хотя заявитель и не согласен с аргументацией Верховного суда, в информации, имеющейся в распоряжении Комитета, нет ничего, что указывало бы на то, что решение суда представляло собой нарушение Конвенции.
Как усматривалось из текста Мнения, заявитель утверждал, что Верховный суд в достаточной степени не изучил основания для принятия муниципальным собранием решения об отказе в удовлетворении его ходатайства о натурализации, представлявшего собой акт дискриминации по признаку его происхождения (автор сообщения являлся гражданином Албании), допущенный в нарушение отдельных положений Конвенции.
Правовые позиции Комитета: в компетенцию Комитета не входит оценка толкования национальными органами фактов и национального законодательства, за исключением случаев, когда принятые решения являются явно произвольными или иным образом равносильны отказу в правосудии (пункт 7.5 Мнения).
Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: отмечено утверждение заявителя о том, что решение об отклонении его ходатайства о натурализации, принятое членами муниципального собрания, представляло собой акт расовой дискриминации, поскольку оно было продиктовано его этническим происхождением. Заявитель сослался на выступление одного из членов муниципального собрания, который негативно отозвался о его национальном и этническом происхождении. Принято к сведению утверждение заявителя о том, что дискриминационные последствия были замечены общественностью, средствами массовой информации и неправительственными организациями (пункт 7.3 Мнения).
Комитет также учел соображения заявителя о том, что предъявляемые в контексте натурализации требования в отношении интеграции не были должным образом соотнесены ни с наличием у него инвалидности, ни с той враждебностью, с которой он столкнулся. Комитет принял к сведению утверждение государства-участника о том, что на заседании муниципального собрания 27 марта 2009 года было выдвинуто несколько доводов против удовлетворения ходатайства заявителя, в том числе упоминались ложные сведения, приведенные им в предыдущем ходатайстве, тот факт, что он не состоял членом ни одной ассоциации инвалидов и не работал в специализированной мастерской для инвалидов, и, соответственно, был сделан вывод о том, что заявитель не удовлетворяет критериям интеграции в местную общину. Комитет обратил внимание: три инстанции, пересматривавшие данное решение, в том числе два суда, пришли к заключению о том, что члены муниципального собрания привели доводы против его натурализации, не связанные с его происхождением, а, следовательно, не представлявшие собой расовую дискриминацию. Комитет отметил, что Верховный суд Швейцарии признал - решение заявителя отойти от общественной жизни вполне объяснимо ввиду того неприятия, с которым он столкнулся со стороны отдельных жителей общины в первую очередь из-за того, что он был инвалидом и передвигался на инвалидной коляске, но что у заявителя все равно оставались возможности интегрироваться, несмотря на инвалидность, и предъявляемые требования были соразмерны его обстоятельствам (пункт 7.3 Мнения).
Принято к сведению утверждение заявителя о том, что Верховный суд Швейцарии в достаточной степени не учел, что инвалидность явилась отягчающим обстоятельством и усугубила решение муниципального собрания об отказе в удовлетворении ходатайства о натурализации на основании его происхождения, и ввиду этого не изучил вопрос о том, может ли это быть приравнено к двойной дискриминации. Комитет также учел соображение заявителя о том, что дискриминационные высказывания одного из членов собрания повлияли на решение об отказе ему в натурализации и суду следовало переложить бремя доказывания на общину, с тем чтобы убедительно доказать - отказ в удовлетворении его ходатайства о натурализации не был мотивирован расовой дискриминацией или двойной дискриминацией (пункт 7.4 Мнения).
Комитет отметил: национальные органы власти и суды в обоснование своих решений ссылались на тот факт, что заявитель не мог претендовать на натурализацию по причинам, не связанным с предполагаемой дискриминацией по признаку его албанского происхождения, в частности потому, что он не сумел интегрироваться в местную общину. Комитет счел следующее: из информации, представленной сторонами, не следовало, что отказ в удовлетворении ходатайства заявителя о натурализации был основан на дискриминационных критериях, связанных с его национальным или этническим происхождением. Комитет пришел к выводу, что факт дискриминации по признаку национального или этнического происхождения доказан не был. Что касается утверждений автора о дискриминации по признаку инвалидности, то Комитет указал - в соответствии со статьей 1 Конвенции он некомпетентен рассматривать отдельное утверждение о дискриминации по признаку инвалидности. В силу вышеизложенного Комитет резюмировал: факты, представленные заявителем, не свидетельствуют о нарушении положений Конвенции (пункт 7.6 Мнения).
Что касается утверждения заявителя о нарушении статьи 6 Конвенции, то Комитет отметил - национальные суды рассмотрели его жалобу на дискриминацию и, изучив протоколы заседания муниципального собрания и другие доказательства, пришли к выводу о том, что решение об отказе в удовлетворении его ходатайства о натурализации не было продиктовано дискриминационными мотивами. Было установлено, что Верховный суд рассмотрел оба утверждения заявителя, касавшихся как дискриминации по признаку национального или этнического происхождения, так и дискриминации по признаку инвалидности. По мнению Комитета, хотя заявитель и не согласен с аргументацией Суда, в информации, имеющейся в распоряжении Комитета, нет ничего, что указывало - решение Верховного суда представляло собой нарушение Конвенции. Ввиду этого Комитет не смог сделать вывод о том, что было нарушено право заявителя на защиту и средства правовой защиты от расовой дискриминации, закрепленное в статье 6 Конвенции (пункт 7.7 Мнения).
Выводы Комитета: представленные факты не свидетельствовали о нарушении каких-либо положений Конвенции.