24 марта 2021 года выиграно дело в Комитете ООН по правам человека.

Заголовок: 24 марта 2021 года выиграно дело в Комитете ООН по правам человека. Сведения: 2024-05-29 05:03:18

Дело "Махараджей Мадхевоо против Маврикия". Соображения Комитета по правам человека от 24 марта 2021 года. Сообщение N 3163/2018.

В 2018 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Маврикию.

Как следовало из текста Соображений, автор утверждал: Закон о национальном удостоверении личности с внесенными в него поправками затрагивает его права по статье 17 Пакта, поскольку он предусматривает обязательное использование и сохранение конфиденциальных персональных данных, предоставление которых государственным должностным лицам может потребоваться. Он также отмечал, что этот закон не отвечает требованиям законности, соразмерности и необходимости (пункт 3.1 Соображений).

Правовые позиции Комитета: вмешательство, разрешаемое государствами, может совершаться только на основании закона, который должен, в свою очередь, соответствовать положениям, целям и задачам Пакта. Аналогичным образом, законом должны регулироваться сбор и хранение информации личного характера государственными властями или частными лицами или органами в компьютерах, банках данных или как-либо иначе. Комитет напоминает, что вмешательство не является "неправомерным" по смыслу пункта 1 статьи 17 Пакта, если оно согласуется с применимым внутренним законодательством в его толковании национальными судами (пункт 7.3 Соображений) (См.: дело "Ван Хулст против Нидерландов", сообщение N 903/2000, пункт 7.5.).

Комитет отмечает: введение понятия произвольности призвано обеспечить, чтобы даже вмешательство, допускаемое законом, "должно соответствовать положениям, целям и задачам Пакта и в любом случае должно отвечать принципам разумности в конкретных обстоятельствах". Следовательно, любое вмешательство в личную и семейную жизнь должно быть соразмерным законной преследуемой цели и необходимым с учетом обстоятельств каждой конкретной ситуации (См.: дело "Тунен против Австралии", сообщение N 488/1992, пункт 8.3; и дело "Вандом против Республики Корея" (CCPR/C/123/D/2273/2013), пункт 8.8.). Комитет напоминает, что государства должны принимать эффективные меры к тому, чтобы информация, касающаяся личной жизни какого-либо лица, не попадала в руки лиц, которые не имеют разрешения на ее получение, обработку или использование, и к тому, чтобы такая информация никогда не использовалась в целях, не совместимых с целями Пакта (пункт 7.4 Соображений).

Учитывая характер и масштабы вмешательства, возникающего в связи с обязательной обработкой и регистрацией отпечатков пальцев, Комитет считает необходимым наличие четких, подробных правил, регулирующих сферу охвата и применение мер, а также минимальных гарантий, касающихся, в частности, хранения, в том числе его продолжительности, использования, доступа третьих лиц и процедур сохранения целостности и конфиденциальности данных, а также процедур их уничтожения, обеспечивая тем самым достаточные гарантии против риска злоупотреблений и произвола (пункт 7.6 Соображений).

Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: вмешательство, ставшее предметом сообщения, в случае данной жалобы, то есть обработка и регистрация отпечатков пальцев, было предусмотрено разделом 4 (2 c) Закона о национальном удостоверении личности. Этот раздел гласит: "Каждое лицо, подающее заявление на получение удостоверения личности, должно... (c) разрешить снять и зарегистрировать отпечатки пальцев и другую биометрическую информацию о себе". Комитет также отметил, что Верховный суд Маврикия установил: "существует закон, предусматривающий запись и сохранение отпечатков пальцев и других биометрических данных, касающихся личности человека". Комитет счел - аргумент автора относительно сферы действия некоторых положений Закона не позволяет ему сделать следующий вывод - обработка отпечатков его пальцев не предусмотрена законом. Поэтому Комитет не смог сделать вывод о том, что вмешательство в частную жизнь автора являлось неправомерным (пункт 7.3 Соображений).

В данном деле Комитет принял к сведению замечание государства-участника о необходимости обеспечения баланса между защитой персональных данных и насущной общественной потребностью предотвращения мошеннического использования персональных данных. Он отметил, что Верховный суд государства-участника справедливо постановил: снятие отпечатков пальцев оправдано целью предотвращения мошенничества. Комитет также указал, что власти государства-участника перенесли функцию сохранения данных о дактилоскопических отпечатках пальцев с систем органов власти на индивидуальных владельцев удостоверений личности, потребовав, чтобы такие данные были включены в само удостоверение. Автор, а также Судебный комитет Тайного совета отметили - данное изменение делает неэффективной цель сравнения с ранее представленными биометрическими данными и тем самым влияет на способность властей государства-участника предотвращать мошенническое использование персональных данных. Комитет подчеркнул, что государство-участник не ответило на этот конкретный вопрос и не объяснило, каким образом запись и сохранение данных об отпечатках пальцев на индивидуальных удостоверениях личности может эффективно предотвратить мошенническое использование персональных данных (пункт 7.5 Соображений).

Автор сослался в этой связи на вывод Верховного суда о том, что бессрочные запись и сохранение данных о дактилоскопических отпечатках пальцев в центральной базе данных является неконституционным. В результате власти государства-участника прекратили осуществлять запись и сохранение данных о дактилоскопических отпечатках пальцев именно таким образом. Тем не менее государство-участник не ответило на утверждение автора о том, что сохранение данных об отпечатках пальцев на индивидуальных удостоверениях личности усугубляет пробелы в системе безопасности, выявленные Верховным судом. В частности, автор указал: возложение ответственности за такое хранение на владельцев удостоверений личности сопряжено с рисками потери и хищения данных об отпечатках пальцев, учитывая легкость их копирования на поддельные карты. Учитывая отсутствие информации, предоставленной государством-участником относительно осуществления мер по защите биометрических данных, хранящихся на удостоверениях личности, Комитет не смог сделать вывод о наличии достаточных гарантий против риска злоупотребления и произвольного вмешательства в право на неприкосновенность частной жизни в результате потенциального доступа к таким данным на удостоверениях личности. В свете вышеупомянутых озабоченностей по поводу способности системы помочь предотвратить мошенническое использование персональных данных Комитет счел, что [меры] по поводу безопасности не могут считаться [надлежащими]. Поэтому, несмотря на возможность существования оснований и обстоятельств, при которых обработка биометрических данных не приведет к произвольному вмешательству по смыслу статьи 17 Пакта, Комитет установил, что в конкретных обстоятельствах указанного дела запись и сохранение данных об отпечатках пальцев автора на удостоверении личности, как это предписано Законом о национальном удостоверении личности, будет представлять собой произвольное вмешательство в его право на неприкосновенность частной жизни, что противоречит статье 17 Пакта (пункт 7.6 Соображений).

Автор ссылается на экспертное заключение, представленное в ходе внутреннего разбирательства, относительно технологии радиочастотной идентификации (РЧИД), с помощью которой хранятся биометрические данные. Эксперт пояснил, что биометрические данные могут быть легко и без физического контакта скопированы без ведома владельца удостоверения с помощью считывающих устройств РЧИД, которые можно легко купить в информационно-телекоммуникацинной сети "Интернет".

Выводы Комитета: представленные факты свидетельствовали о нарушении государством-участником прав автора, предусмотренных статьей 17 Пакта.

 

 

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.