28 апреля 2022 года выиграно дело в Комитете ООН против пыток.

Заголовок: 28 апреля 2022 года выиграно дело в Комитете ООН против пыток. Сведения: 2024-05-10 04:37:31

Дело "К.М. против Швейцарии". Решение Комитета против пыток от 28 апреля 2022 года. Сообщение N 881/2018.

В 2018 году автору сообщения была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Швейцарии.

Как усматривалось из текста Решения, заявитель утверждал о нарушении статьи 3 Конвенции в связи с его предстоящей высылкой в Демократическую Республику Конго, где ему грозят пытки и жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, так как он знает о перевозке трупов и месте их захоронения и совершил побег, будучи военнослужащим конголезской армии, что равносильно дезертирству, наказуемому конголезской военной юстицией (пункт 3.1 Решения).

Правовые позиции Комитета: запрет пыток является абсолютным и не допускает отступлений и что для оправдания актов пыток государство-участник не может ссылаться на исключительные обстоятельства (пункт 9.2 Решения).

Комитет должен определить, имеются ли серьезные основания полагать, что лично заявителю будет грозить опасность применения пыток в случае его высылки в Демократическую Республику Конго. При оценке такой опасности Комитет должен принять во внимание все соответствующие соображения, вытекающие из пункта 2 статьи 3 Конвенции, включая наличие постоянной практики грубых, вопиющих или массовых нарушений прав человека. Вместе с тем Комитет напоминает, что целью такой оценки является определение того, будет ли данному лицу непосредственно угрожать предсказуемая и реальная опасность применения пыток в стране, высылке в которую оно подлежит. Следовательно, наличие практики грубых, вопиющих и массовых нарушений прав человека в той или иной стране не является само по себе достаточным основанием для определения того, что конкретному лицу будет угрожать применение пыток при возвращении в эту страну. Должны быть приведены дополнительные основания для подтверждения того, что такая опасность будет угрожать данному лицу (См. дела: "Альхадж Али против Марокко" (CAT/C/58/D/682/2015), п. 8.3; "Р. А. И. против Марокко" (CAT/C/52/D/525/2012), п. 7.2; "Л. М. против Канады" (CAT/C/63/D/488/2012), п. 11.3; и "К. М. против Швейцарии" (CAT/C/71/D/865/2018), п. 7.3). С другой стороны, отсутствие постоянной практики вопиющих нарушений прав человека не означает того, что соответствующее лицо не может быть подвергнуто пыткам с учетом конкретных обстоятельств его дела (См. дела: "Калиниченко против Марокко" (CAT/C/47/D/428/2010), п. 15.3; и "К. М. против Швейцарии", п. 7.3) (пункт 9.3 Решения).

Комитет ссылается на свое Замечание общего порядка N 4 (2017), согласно которому обязательство по невозвращению возникает каждый раз, когда есть "серьезные основания" полагать, что то или иное лицо может подвергнуться пыткам в государстве, куда оно должно быть выслано, либо в личном качестве, либо в качестве члена группы, которому угрожает опасность подвергнуться пыткам в государстве назначения. Обычно Комитет в таких случаях считает, что "серьезные основания" имеются каждый раз, когда опасность подвергнуться пыткам является "предсказуемой, личной, непосредственной и реальной". Факторы опасности, угрожающей лично автору, могут включать, в частности, политическую принадлежность или политическую деятельность автора сообщения или членов его семьи, а также наличие ордера на арест в условиях отсутствия гарантий надлежащего обращения и справедливого судебного разбирательства. Комитет напоминает, что бремя доказывания возлагается на заявителя, который должен представить защитимые аргументы, то есть обстоятельные доводы, показывающие, что опасность подвергнуться пыткам является для него предсказуемой, личной, непосредственной и реальной опасностью. Однако в случае, если заявитель находится в ситуации, когда он не может представить более подробную информацию по своему делу, то бремя доказывания возлагается на противоположную сторону, и расследовать утверждения и проверять информацию, которые лежат в основе сообщения, надлежит соответствующему государству-участнику. Комитет также напоминает, что он придает большое значение заключениям, сформулированным органами соответствующих государств-участников на основе выявленных фактов; тем не менее он не считает себя связанным такими заключениями и проводит свободную оценку представленной ему информации согласно пункту 4 статьи 22 Конвенции, принимая во внимание все обстоятельства, относящиеся к каждому делу <11> (пункт 9.4 Решения).

Комитет напоминает, что наличие нарушений прав человека в стране происхождения само по себе не является достаточным для вывода о том, что заявителю лично угрожает опасность подвергнуться пыткам (пункт 9.6 Решения) (См. дело: "А. М. против Швейцарии", п. 7.7.).

Оценка Комитетом фактических обстоятельств дела: необходимо было определить, станет ли высылка заявителя в Демократическую Республику Конго нарушением обязательства государства-участника по статье 3 Конвенции не высылать или не возвращать какое-либо лицо в другое государство, если существуют серьезные основания полагать, что там ему будет угрожать применение пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (пункт 9.2 Решения).

Комитет принял к сведению аргумент заявителя о том, что в случае высылки в Демократическую Республику Конго государство-участник действовало бы в нарушение его прав по статье 3 Конвенции. Комитет также принял к сведению аргумент заявителя о том, что он, как дезертир из конголезской армии в званиях главного сержанта, аджюдана и аджюдана первого класса, который служил личным водителем генерала Шоры и перевозил войска и военное снаряжение, мог подвергнуться жестокому обращению в случае высылки в страну происхождения. В этой связи Комитет также отметил, что государство-участник не оспаривало тот факт, что заявитель служил в конголезской армии (пункт 9.5 Решения).

Комитет напомнил, что он должен определить, угрожает ли автору в настоящее время опасность подвергнуться пыткам в случае его высылки в Демократическую Республику Конго. Он констатировал, что у заявителя имелись все возможности для обоснования и уточнения своих жалоб на национальном уровне - в Государственном секретариате по вопросам миграции и Федеральном административном суде, но что представленные автором аргументы не позволили национальным органам прийти к выводу, что по возвращении в Демократическую Республику Конго его могут подвергнуть пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению. Комитет также установил, что ситуация в стране изменилась в связи с окончанием режима Жозефа Кабилы после президентских выборов 30 декабря 2018 года и освобождением политических заключенных.... Сам по себе факт нарушения прав человека в Демократической Республике Конго не является достаточным основанием для вывода о том, что высылка заявителя в эту страну будет представлять собой нарушение статьи 3 Конвенции (См. дела: "Х. К. против Швейцарии" (CAT/C/49/D/432/2010), п. 7.5; "Р. Д. против Швейцарии" (CAT/C/51/D/426/2010), п. 9.7; "Х. против Дании" (CAT/C/53/D/458/2011), п. 9.6; "Е. Е. Е. против Швейцарии" (CAT/C/54/D/491/2012), п. 7.7; "М. Ф. против Швейцарии", п. 7.7; "Т. З. против Швейцарии", п. 8.7; "Х. против Швейцарии" (CAT/C/65/D/765/2016), п. 7.8; и "К. М. против Швейцарии", п. 7.6.). Комитет указал, что, как следовало из материалов дела, при рассмотрении ходатайств заявителя о предоставлении убежища власти государства-участника приняли во внимание соответствующую информацию общего характера. Он принял во внимание, что по делу заявитель не представил доказательств того, что он подвергался преследованию за действия, связанные с режимом Жозефа Кабилы, и что его дезертирство из армии имело достаточное значение, чтобы привлечь интерес властей страны происхождения (См. дело "З. против Швейцарии" (CAT/C/64/D/738/2016 и CAT/C/64/D/738/2016/Corr.1), п. 7.6.), и поэтому пришел к выводу, что представленная информация не свидетельствовала о том, что заявителю лично угрожает опасность подвергнуться пыткам или жестокому, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению в случае его высылки в Демократическую Республику Конго (пункт 9.6 Решения).

Комитет отметил утверждение заявителя о том, что он страдает посттравматическим стрессовым расстройством, но заявитель не смог доказать, что в недавнем прошлом он был жертвой пыток или жестокого обращения, и не представил никаких доказательств, которые могли бы поставить под сомнение выводы швейцарских властей об отказе в удовлетворении его ходатайства о предоставлении убежища (пункт 9.7 Решения).

Комитет подчеркнул, что заявитель представил обоснование своей жалобы медицинские заключения от 2017, 2018 и 2019 годов, свидетельствующие о том, что он страдает, в частности, посттравматическим стрессовым расстройством и что высылка в Демократическую Республику Конго, по его мнению, нарушит его права по Конвенции. Комитет также принял к сведению аргумент государства-участника о том, что указанные проблемы со здоровьем могут быть решены в стране происхождения заявителя. Поэтому Комитет счел: положение заявителя, включая его физическое и психологическое здоровье, было тщательно изучено швейцарскими властями, которые резюмировали, что не существует серьезных рисков, которые могли бы представлять собой посягательство на права, гарантированные Конвенцией, в случае высылки заявителя в Демократическую Республику Конго (пункт 9.8 Решения).

Выводы Комитета: представленная заявителем информация недостаточна для того, чтобы подтвердить существование грозящей лично ему предсказуемой и реальной опасности подвергнуться пыткам в случае его высылки в Демократическую Республику Конго.

 

 

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.