ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2018-10-03 11:06:12

Постановление ЕСПЧ от 16 марта 2017 года по делу "Модесту (Modestou) против Греции" (жалоба N 51693/13).

В 2013 году заявителю была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Греции.

По делу успешно рассмотрена жалоба заявителя на проведение мероприятий по обыску и изъятию имущества в его отсутствие. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

В сентябре 2010 года в рамках предварительного полицейского расследования дом заявителя был обыскан и согласно приказам прокурора были изъяты два компьютера и сотни документов. В ноябре 2012 года заявитель обратился в обвинительную камеру апелляционного суда с заявлением о признании обыска недействительным, отмене приказа об изъятии и возвращении изъятых вещей. Однако его заявление было отклонено в феврале 2013 года. Судебное решение было основано, в частности, на оценке того, могли ли мероприятия по обыску и изъятию проводиться в контексте предварительного полицейского расследования. Заявитель безуспешно обжаловал это решение.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статьи 8 Конвенции. Обыск следственными работниками частного дома заявителя и деловых помещений, изъятие нескольких документов и компьютеров, принадлежащих ему, составляли вмешательство в его право на уважение жилища, предусмотренное законом.

Обыск проводился в рамках предварительного полицейского расследования до возбуждения уголовного дела против заявителя. Его цель заключалась в поисках доказательств и данных о причастности к преступной деятельности. Соответственно, он преследовал цель предотвращения беспорядков и преступлений. Обыск в рамках предварительного полицейского расследования должен сопровождаться адекватными и достаточными гарантиями, обеспечивающими неиспользование его в качестве средства, предоставляющего полиции компрометирующие материалы на лиц, которые еще не признаны подозреваемыми в совершении преступления.

Ордер на обыск, выданный прокурором, был сформулирован в общих выражениях. Возможны ситуации, в которых нельзя было составить ордер с высокой степенью точности, как в настоящем деле, где обыск был назначен с целью сбора доказательств в связи с подозрениями в преступной деятельности, затрагивающей нескольких лиц в течение длительных периодов. Однако в подобных случаях и, в частности, как в настоящем деле, если внутригосударственное законодательство не предусматривает предварительной судебной проверки законности и необходимости данной следственной меры, должны существовать другие гарантии, особенно с точки зрения исполнения ордера на обыск, чтобы уравновесить недостатки выдачи и содержания ордера.

Обыск в настоящем деле сопровождался некоторыми процессуальными гарантиями. Во-первых, его санкционировал прокурор при апелляционном суде, который выдал ордер на обыск и поручил его проведение управлению полиции. Во-вторых, обыск проводил сотрудник полиции в сопровождении заместителя прокурора. Заявитель не присутствовал во время обыска, который продолжался 12,5 часов, и из материалов дела неясно, пытались ли следственные работники информировать его об их присутствии или их действиях, хотя Уголовно-процессуальный кодекс требует от лица, проводящего обыск, приглашать лицо, занимающее помещение, для участия в нем. Даже если предположить, что власти намеревались использовать эффект внезапности, не уведомляя заявителя заранее, ничто не препятствовало им попытаться связаться с ним в соответствии с законом во время самого обыска, который продолжался несколько часов.

Наконец, отсутствовала немедленная ретроспективная судебная проверка. Обыск повлек изъятие двух компьютеров и сотен документов, и не было установлено, были ли все эти документы непосредственно связаны с расследуемым преступлением. На основе формулировки ордера могли также возникать вопросы относительно того, был ли заявитель уведомлен об основаниях обыска, которые позволили бы ему удостовериться в том, что обыск ограничен расследованием преступления, упомянутого в обыске, и обжаловать любые злоупотребления в этом отношении. Обвинительная камера апелляционного суда, в которую обращался заявитель, вынесла свое решение более чем через два года после событий и посвятила большую его часть определению того, могли ли мероприятия по обыску и изъятию проводиться в рамках предварительного полицейского расследования. Следовательно, внутригосударственные органы не исполнили свое обязательство привести "относимые и достаточные" мотивы для оправдания выдачи ордера на обыск. При таких обстоятельствах обжалуемые меры не были разумно пропорциональными преследуемым законным целям с учетом интереса общества в обеспечении уважения к жилищу.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 2 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.