ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2018-10-02 09:02:09

Постановление ЕСПЧ от 28 марта 2017 года по делу "Марунич (Marunic) против Хорватии" (жалоба N 51706/11).

В 2011 году заявительнице была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Хорватии.

По делу успешно рассмотрена жалоба заявительницы на нарушение права на свободу выражения мнения. По делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Заявительница являлась директором муниципальной компании, осуществляющей коммунальное обслуживание. Она была уволена с должности в дисциплинарном порядке после того, как выступила в средствах массовой информации в свою защиту через неделю после публичной критики ее работы председателем компании в статье в прессе. Решение об увольнении было принято на том основании, что она сделала утверждения в прессе (касающиеся незаконного сбора платы за парковку с земли, не принадлежащей муниципалитету), которые умаляли репутацию компании. Доводы заявительницы относительно незаконного увольнения были отклонены Верховным судом на том основании, что она представила компанию в крайне негативном свете и должна была довести свои замечания о деятельности компании до сведения компетентных властей, а не сообщать их через средства массовой информации.

В конвенционном разбирательстве заявительница жаловалась на нарушение ее права на свободу выражения мнения.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статьи 10 Конвенции. Увольнение заявительницы в связи с ее высказываниями в прессе представляло собой вмешательство в ее право на свободу выражения мнения. Вмешательство было предусмотрено законом и преследовало законную цель защиты репутации или прав иных лиц. Что касается вопроса о том, было ли оно необходимым в демократическом обществе, в то время как обязательство лояльности, сдержанности и осмотрительности, как правило, препятствовало работникам осуществлять публичную критику деятельности их работодателей, ключевое значение в деле заявительницы имел тот факт, что иное должностное лицо компании первым прибегло к использованию средств массовой информации и публично подвергло критике работу заявительницы. При данных конкретных обстоятельствах от заявительницы нельзя было ожидать, что она будет хранить молчание и не будет защищать свою репутацию тем же способом. Требовать иного означало бы распространять слишком далеко ее обязательство лояльности. Соответственно, несколько критериев, которые обычно применяются в делах, касающихся свободы выражения мнения на рабочем месте (см., например, Постановление Большой Палаты Евро по делу "Гуджа против Республики Молдова" (Guja v. Moldova) от 12 февраля 2008 г., жалоба N 14277/04, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 105, Постановление Европейского Суда по делу "Войтас-Калета против Польши" (Wojtas-Kaleta v. Poland) от 16 июля 2009 г., жалоба N 20436/02, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 121, и Постановление Европейского Суда по делу "Хейниш против Германии" (Heinisch v. Germany) от 21 июля 2011 г., жалоба N 28274/08, "Информационный бюллетень по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека" N 143), были либо неприменимы, либо имели ограниченное значение в деле заявительницы. В частности, доводы властей государства-ответчика о том, что заявительница располагала иными эффективными, но более скрытными средствами защиты репутации, и ею двигало исключительно желание защитить свой имидж в глазах общественности, а не сообщить общественности о вопросах, представляющих всеобщий интерес, поэтому не относились к делу.

В действительности высказывания заявительницы в ответ на высказывания председателя не были непропорциональными и не вышли за рамки допустимой критики. В этой связи Европейский Суд отметил, что (i) деятельность муниципальной компании коммунального обслуживания являлась предметом всеобщего интереса для местного сообщества, (ii) высказывание заявительницы о том, что компания незаконно собирала средства за парковку, должно рассматриваться не в качестве утверждения о факте, но в качестве оценочного суждения, которое имело достаточную фактическую основу, поскольку можно разумно утверждать, что сбор платы за парковку на земле иного лица был незаконным, (iii) ее высказывание имело непосредственное значение для цели защиты ее профессиональной репутации против беспочвенной, по ее мнению, критики и (iv) ее призыв к проведению аудита и расследования следственными органами не предполагал, что компания была причастна к преступной деятельности, но был призван устранить неопределенность относительно способа, которым она управляла компанией. При таких обстоятельствах вмешательство в свободу выражения мнения заявительницы в форме увольнения в дисциплинарном порядке не было необходимо в демократическом обществе для защиты репутации и прав компании.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявительнице 1 500 евро в качестве компенсации морального вреда. Компенсация материального ущерба не присуждена, так как законодательство страны допускало возобновление разбирательства в связи с установлением нарушения.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.