ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2018-09-28 10:12:04

Постановление ЕСПЧ от 11 июля 2017 года по делу "Дакир (Dakir) против Бельгии" (жалоба N 4619/12) и Постановление ЕСПЧ от 11 июля 2017 года "Бельджаджеми и Уссар (Belcacemi and Oussar) против Бельгии" (жалоба N 37798/13).

В 2012 и 2013 годах заявительницам была оказана помощь в подготовке жалоб. Впоследствии жалобы были коммуницированы Бельгии.

По делу успешно рассмотрены жалобы заявительниц на запрет на ношение одежды, закрывающей лицо, в общественном месте. По делу не было допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Заявительницами по настоящему делу являются мусульманки, которые жаловались на воспрепятствование им в ношении одежды, закрывающей лицо. Закон от 1 июня 2011 г. предусматривает наказание в виде штрафа и/или лишения свободы (не более 200 евро или семи дней соответственно) за сокрытие лица в общественных местах. Сходные запреты в прошлом уже вводились определенными муниципалитетами. Заявительницы пытались добиться отмены одного из оспариваемых муниципальных актов в Государственном совете (дело Дакир) или Закона 2011 года в Конституционном суде (дело Бельджаджеми и Уссар).

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статей 8 и 9 Конвенции. (a) Правовая основа и качество закона. Что касается муниципального акта в деле Дакир, заявительница не оспаривала действительность его правовой основы, а направила свою критику на закон, который впоследствии был введен в действие. Что касается Закона от 1 июня 2011 г., Европейский Суд не усмотрел произвола в мотивировке Конституционного суда Бельгии. Используя те же критерии, Конституционный суд решил, что закон отвечал требованиям предсказуемости и точности, поскольку выражение "места, в которые имеет доступ общественность", толкуется как не включающее места богослужения. Кроме того, оспариваемый запрет сформулирован в выражениях, которые весьма близки к использованным в законе Франции, рассмотренном в деле "S.A.S. против Франции".

(b) Правомерная цель. Цели, преследуемые оспариваемым муниципальным актом или Законом 2011 года, включали общественную безопасность, гендерное равенство и определенную концепцию "совместного проживания" в обществе. Как и в деле "S.A.S. против Франции", цель обеспечения соблюдений минимальных требований к жизни в обществе могла считаться частью "защиты прав и свобод других". Кроме того, ничто не указывало, что в бельгийском контексте большее значение придавалось цели равенства, чем другим целям.

(c) Необходимость запрета в демократическом обществе. В деле Дакир не были представлены конкретные доводы против теоретически затронутого муниципального акта.

Согласно подготовительным материалам к вышеупомянутому закону и его анализу Конституционным судом проблемы, вызвавшие дискуссию в Бельгии, были весьма схожими с теми, которые повлекли принятие запрета во Франции, рассмотренного в деле "S.A.S. против Франции" (S.A.S. v. France) (Постановление Большой Палаты Европейского Суда от 1 июля 2014 г., жалоба N 43835/11 (Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2014. N 11)).

Исходя из изложенного Европейский Суд сослался на различные соображения этого решения и особенно на следующие:

- оспариваемый запрет составлял выбор общества, равновесие было установлено законодателем демократическим способом, что требовало определенной сдержанности со стороны Европейского Суда;

- хотя пределы оспариваемого запрета были широкими, он не затрагивал свободу публичного ношения любой одежды или деталей одежды, имеющих или не имеющих религиозного подтекста, которые не имели следствием сокрытие лица;

- между государствами - членами Совета Европы до сих пор отсутствует консенсус по данному вопросу, что оправдывает предоставление им весьма широких пределов усмотрения.

Некоторые предполагаемые конкретные черты ситуации в Бельгии были урегулированы нижеследующим образом.

(i) Способ применения нормы в случае нарушения (дело Бельджаджеми и Уссар против Бельгии). Законодательство Бельгии, по-видимому, отличалось от французского тем, что предусматривало в дополнение к штрафу возможность применения наказания в виде лишения свободы. Однако лишение свободы могло быть применено только в случае повторного нарушения. Кроме того, суды по уголовным делам должны были применять закон в соответствии с принципом пропорциональности и Конвенцией, и теоретическая суровость наказания в виде лишения свободы уравновешивалась тем фактом, что оно не применялось автоматически.

Кроме того, в соответствии с законодательством Бельгии правонарушение в виде сокрытия лица в общественном месте было "смешанным", относящимся к сфере уголовного и административного права. В последнем контексте были возможны альтернативные меры, которые часто применялись на практике на муниципальном уровне. В остальной части конкретная оценка пропорциональности любого наказания, которое может быть применено в связи с оспариваемым запретом, относилась к компетенции внутригосударственных судов (роль Европейского Суда была ограничена удостоверением того, вышли ли власти государства-ответчика за пределы своего усмотрения).

(ii) Утверждение о том, что демократический процесс, который повлек запрет в Бельгии на ношение одежды, закрывающей все лицо, не принял во внимание все существенные обстоятельства (дело Дакир). Помимо того факта, что эта критика прямо не затрагивала данный подзаконный акт, а ссылалась на Закон от 1 июня 2011 г., Европейский Суд учел, что процесс принятия решений в отношении оспариваемого запрета занял несколько лет и сопровождался широкой дискуссий в палате представителей, а также подробным и тщательным рассмотрением всех интересов Конституционным судом. В заключение, хотя запрет и был противоречивым и неоспоримо создавал возможные риски с точки зрения поощрения толерантности в обществе, оспариваемый запрет с учетом пределов усмотрения, предоставленного властям государства-ответчика, мог рассматриваться как пропорциональный преследуемой цели, а именно созданию условий "совместного проживания" как элементу "защиты прав и свобод других лиц". Данный вывод верен в отношении статей 8 и 9 Конвенции.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу требования статьи 8 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По поводу соблюдения статьи 14 Конвенции во взаимосвязи со статьями 8 и 9 Конвенции. Жалоба на косвенную дискриминацию была отклонена, поскольку спорная мера по тем же причинам, которые изложены выше, имела объективное и разумное обоснование.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу требования статьи 14 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По делу Дакир Европейский Суд единогласно постановил, что было допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции, поскольку заявительнице было отказано в доступе к суду вследствие чрезмерного формализма.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.