ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 8 Конвенции в связи с негласным наблюдением за заявителем.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 8 Конве Сведения: 2018-09-26 10:12:34

Постановление ЕСПЧ от 23 ноября 2017 года по делу "Грба (Grba) против Хорватии" (жалоба N 47074/12).

В 2012 году заявителю была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Хорватии.

По делу успешно рассмотрена жалоба заявителя на его осуждение за подделку валюты после совершения операции тайными агентами полиции. По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 8 Конвенции в связи с негласным наблюдением за заявителем.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Заявитель был осужден за четыре эпизода подделки валюты, когда он продавал поддельные евро негласным сотрудникам полиции. Он обжаловал приговор суда первой инстанции, указав, в частности, на то, что не были надлежащим образом рассмотрены обстоятельства подстрекательства со стороны полиции. Его жалобы были отклонены.

В Европейский Суд заявитель жаловался, в частности, на подстрекательство и использование доказательств, полученных в результате него в уголовном разбирательстве по его делу.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения пункта 1 статьи 6 Конвенции. Использование оперативного метода, включающего организацию государственными органами многочисленных незаконных сделок с подозреваемым, является признанным и допустимым средством расследования преступлений, когда преступная деятельность является не отдельным единичным случаем, а длящимся преступным деянием. На практике подобный оперативный метод может быть направлен на завоевание доверия лица с целью установления масштабов его преступной деятельности или выявления более крупного источника преступной организации, а именно раскрытия большего круга преступлений.

Однако при соблюдении действия общего запрета подстрекательства негласные сотрудники пытались расследовать продолжающуюся преступную деятельность в пассивной манере и не оказывать подстрекательством такого влияния для совершения более тяжкого преступления, чем то, которое лицо уже планировало совершить без такого подстрекательства. Отсюда следует, что в делах относительно использования данного оперативного метода любое расширение расследования должно быть обоснованно уважительными причинами, такими как необходимость обеспечения достаточных доказательств для осуждения, получения более глубокого понимания природы и объема преступной деятельности подозреваемого или раскрытия более широкого круга преступлений. При отсутствии этих причин государственные органы могут быть признаны участвующими в деятельности, которая ненадлежащим образом расширила объем или масштаб преступления и могла несправедливо подвергнуть обвиняемого повышенным санкциям в пределах установленного диапазона наказаний или за преступление при отягчающих вину обстоятельствах. Несмотря на то, что, как правило, вопросы относительно целесообразности назначения наказаний не относятся к сфере действия Конвенции, в качестве вопроса справедливости примененное наказание должно соответствовать преступлению, которое обвиняемый действительно планировал совершить. При таких ситуациях, хотя и не было бы необоснованным осуждение человека, было бы несправедливо наказывать его за ту часть преступной деятельности, которая явилась результатом ненадлежащего поведения со стороны государственных органов.

Сторонами не оспаривалось, что заявитель участвовал в четырех встречах, во время которых он смог выпустить в обращение значительное количество поддельных евро путем продажи их негласным сотрудникам полиции. Первая незаконная сделка стала результатом собственного умышленного поведения заявителя, и отсутствуют основания полагать, что он не выпустил бы в обращение поддельную валюту в другой раз, если бы вместо сотрудника полиции к нему обратился "обычный" покупатель.

Однако не имелось убедительных данных о том, кто проявил инициативу по организации последующих встреч между заявителем и негласными сотрудниками. Отсутствовали указания на то, что в соответствующий период заявитель продавал поддельную валюту кому-либо, кроме негласных сотрудников. Во время внутригосударственного разбирательства негласные сотрудники не могли объяснить, почему заявитель не был задержан после первой незаконной передачи евро, или мотивы решения о совершении многочисленных незаконных сделок. Таким образом, неясно, в соответствии с какой формой практического руководства, если оно было, они действовали. В деле не содержалось сведений о том, осуществляли ли власти государства-ответчика дополнительные действия с целью обеспечить доказательства того, что были приняты необходимые меры для преследования незаконного бизнес-предприятия по подделке валюты, и которые могли бы оправдать обращение к оперативным методам, включающим организацию многочисленных незаконных сделок с заявителем.

Поскольку невозможно было установить с достаточной степенью определенности, являлся ли заявитель жертвой подстрекательства в нарушение статьи 6 Конвенции, важно проверить процедуру оценки довода о подстрекательстве в настоящем деле, чтобы обеспечить адекватную защищенность прав защиты.

Заявитель выдвинул доказуемый довод о подстрекательстве. Компетентные суды по уголовным делам должны были рассмотреть вопрос, почему полиция решила начать операцию, какие доказательные материалы были в ее распоряжении, и в каком порядке она взаимодействовала с заявителем. Это особенно важно с учетом отсутствия надлежащего контроля со стороны следственного судьи при даче санкции на данную негласную операцию и противоречивых объяснений негласных сотрудников по поводу процесса принятия решений о проведении негласной операции.

Проверяя поведение негласных сотрудников, внутригосударственные суды в большинстве случаев ограничились выяснением того, действовали ли негласные сотрудники на основании санкции следственного судьи. Верховный суд повторил и одобрил мотивировку нижестоящих судов и уклонился от тщательного анализа и предоставления относимой мотивировки принятия или отклонения утверждения заявителя о том, что его склонили к участию в одной из последующих незаконных сделок.

С учетом вышеизложенного суды государства-ответчика не исполнили свою обязанность по эффективному рассмотрению довода заявителя о подстрекательстве, как того требует процессуальный тест в отношении подстрекательства в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции. Следовательно, процедура принятия решения, повлекшая назначение более тяжкого наказания заявителю за неоднократный выпуск в обращение поддельной валюты, не отвечала требованиям справедливости. Это не предполагает, что он был ошибочно осужден за изготовление поддельной валюты, а скорее, что суды Хорватии не установили, расширился ли предел его преступной деятельности вследствие его участия в последующих незаконных сделках в результате ненадлежащего поведения со стороны властей.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

Европейский Суд также установил, что по делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции в связи с негласным наблюдением за заявителем.

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявителю 1 500 евро в качестве компенсации морального вреда.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.