ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав и основных свобод. Сведения: 2020-06-23 05:08:01

Постановление ЕСПЧ от 12 ноября 2019 года по делу "Адамчо (Adamco) против Словакии" (жалоба N 45084/14).

В 2014 году заявителю была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Словакии.

По делу успешно рассмотрена жалоба на осуждение лица, в значительной степени основанное на показаниях сообщника, полученных в результате сделки последнего со следствием, без надлежащей проверки. По делу допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Заявитель был осужден за убийство в контексте организованной преступности. В судах Словакии он безуспешно жаловался на то, что (i) замечания стороны обвинения в отношении его апелляционной жалобы и апелляционная жалоба стороны обвинения по вопросам права не были ему вручены и (ii) что его осуждение было основано на показаниях свидетеля М., которого обвинение уговорило дать ложные показания против заявителя в обмен на избежание привлечения к ответственности.

События, касавшиеся последней жалобы, развивались следующим образом:

- до осуждения заявителя: (i) М. было предъявлено обвинение в убийстве О.; М. содержался под стражей в связи с данным обвинением, но был освобожден, а обвинение по данному факту было снято, когда он изменил свою версию событий, чтобы уличить заявителя; (ii) выдвижение против М. обвинения, касавшегося соучастия в убийстве К., было временно приостановлено;

- после осуждения заявителя (но до рассмотрения жалобы по вопросам права): (i) в отношении М. было возбуждено уголовное дело по обвинению в лжесвидетельстве, но постановление о возбуждении уголовного дела было отменено; (ii) М. было предъявлено официальное обвинение в убийстве К., но уголовное преследование в отношении М. было окончательно прекращено.

Доводы заявителя с целью оспорить надежность М. как свидетеля в судах Словакии были рассмотрены только судом второй инстанции (кассационный суд и Конституционный суд Словакии не ответили на них). Суд второй инстанции установил, что, (i) изменив свои показания по уголовному делу заявителя, М. лишь обличил как себя, так и заявителя и не добился каких-либо преимуществ, поскольку производство по его уголовному делу об убийстве К. было лишь приостановлено, и что (ii) показания М. подтверждались другими обвинительными доказательствами.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статьи 6 Конвенции. По нижеследующим причинам Европейский Суд пришел к выводу, что ввиду важности показаний М. для рассмотрения судом уголовного дела заявителя их использование в суде не сопровождалось соответствующими гарантиями обеспечения общей справедливости производства.

(a) Значение спорных доказательств. Другие доказательства против заявителя были косвенными и являлись частью единого целого, только если они рассматривались во взаимосвязи с прямыми доказательствами - показаниями М. Следовательно, изменение последним своих показаний могло рассматриваться как решающий момент судебного разбирательства.

(b) Преимущества, которые получил М. в различных производствах. Во-первых, внутригосударственные суды не проверили довод заявителя со ссылкой на его фактические основания целиком. Из того, как развивались события, следовало, что во время осуждения заявителя и рассмотрения его апелляционной жалобы преимущества, которые М. предположительно получил в обмен на уличавшие заявителя показания, состояли в следующем: (i) с М. было снято обвинение в убийстве О., уголовное дело было прекращено, а М. был освобожден из-под стражи на время судебного разбирательства по этому делу, и (ii) предъявление обвинения в убийстве К. было приостановлено. Однако суд второй инстанции ограничился проверкой преимуществ, которые М. получил в ходе того же процесса (по факту убийства К.). Любые преимущества, которые он мог получить в контексте преследования за убийство О., не были приняты во внимание. Однако остается факт того, что после того, как М. изменил свою версию событий, обвинение было с него снято, расследование прекращено, и он был освобожден на время суда. Ни один из судов не выразил своего отношения к данным обстоятельствам.

Во-вторых, вывод судов Словакии о том, что М. не получил каких-либо преимуществ, противоречил дальнейшему развитию событий: (i) отмена постановления о возбуждении уголовного дела по подозрению в лжесвидетельстве и (ii) прекращение уголовного преследования за убийство К., решение о котором было принято явно и специально в обмен на его показания. Конечно, все это произошло после завершения судебного разбирательства по делу заявителя. Однако в ходе последнего преследование М. за убийство К. уже было приостановлено. Это было предварительным действием для полного прекращения уголовного преследования М.

В-третьих, решения о предоставлении М. преимуществ принимались органами прокуратуры, которая в Словакии организована как единая иерархизированная структура. Это предполагало определенную степень координации, что в настоящем деле предполагало и участие одного и того же прокурора в различных производствах. Предварительное преимущество, которого М. добился во время судебного разбирательства по делу заявителя, не могло рассматриваться отдельно от общего преимущества, которое он получил в связи с преследованием по его собственному уголовному делу об убийстве К. в обмен на показания, данные против заявителя.

В-четвертых, также не было уделено особого внимания тому факту, что показания М. исходили от свидетеля, который, по его же словам, сам участвовал в совершении преступления, в то время как предоставленное ему преимущество выходило за рамки простого снижения срока наказания или финансовых выгод и фактически приводило к избежанию ответственности за такое преступление, как убийство.

В-пятых, сделка М. со следствием в деле заявителя не была предметом надлежащего судебного контроля. Контроль со стороны суда второй инстанции был не соответствующим, а вышестоящие суды не рассмотрели довод заявителя. Кроме того, все решения, касавшиеся уголовного преследования М., были приняты исключительно органами прокуратуры без какого-либо элемента судебного контроля.

Европейский Суд также пришел к выводу, что невручение заявителю возражений органов прокуратуры по его апелляционной жалобе и апелляционной жалобе по вопросам права нарушило право заявителя на справедливое судебное разбирательство.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу было допущено нарушение требований статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда, требование о возмещении материального ущерба было отклонено.

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.