ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2020-04-14 03:48:37

Постановление ЕСПЧ от 18 июля 2019 года по делу "Вазагашвили и Шанава (Vazagashvili and Shanava) против Грузии" (жалоба N 50375/07).

В 2007 году заявителям была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Грузии.

По делу успешно рассмотрена жалоба на отсутствие независимости и беспристрастности при осуществлении следственных действий в отношении сотрудников правоохранительных органов, а также явная несоразмерность назначенного наказания тяжести совершенного деяния. По делу было допущено нарушение требований статьи 2 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

2 мая 2006 г. сын заявителей был убит сотрудниками полиции. Первоначальное расследование обстоятельств его смерти было прекращено. Впоследствии расследование было возобновлено, и в 2015 году пять высокопоставленных сотрудников полиции были осуждены за двойное убийство при отягчающих обстоятельствах, либо за злоупотребление должностными полномочиями, либо за воспрепятствование правосудию. Было установлено, что вся оспариваемая полицейская операция была основана на документах, подделанных вышестоящим сотрудником полиции с единственной целью: убить пассажиров в машине сына заявителей и тем самым отомстить одному из них.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статьи 2 Конвенции (процессуально-правовой аспект). Первые следственные действия были выполнены немедленно после проведения полицейской операции теми же сотрудниками, которые участвовали в этой операции. На доказательства, собранные данными сотрудниками, впоследствии ссылались органы прокуратуры в ходе первой стадии расследования соразмерности применения силы сотрудниками полиции. Таким образом, первые и наиболее важные следственные действия, осуществленные соответствующими органами, явно не отвечали требованиям независимости и беспристрастности, и такой процессуальный недостаток не мог не запятнать последующий ход расследования.

Органы прокуратуры не хотели привлекать к делу заявителей путем предоставления им возможности беспрепятственно пользоваться необходимым статусом потерпевших. Без такого процессуального статуса заявители не могли обжаловать в суд решение прокуратуры о прекращении расследования. Органы прокуратуры не приняли во внимание должным образом показания двух независимых свидетелей, которые подтвердили, что пассажиры в машине заявителя не пытались оказать вооруженное сопротивление сотрудникам полиции. Однако надлежащая оценка указанного факта была абсолютно необходима для того, чтобы сделать объективные выводы относительно соразмерности применения силы сотрудниками полиции. Данных соображений достаточно для того, чтобы прийти к выводу о том, что эта часть первоначального расследования не была тщательной, объективной и, как было впоследствии установлено по итогам возобновленного расследования, полной.

После того, как уголовное расследование полицейской операции было возобновлено в 2012 году, пять высокопоставленных сотрудников Министерства внутренних дел были осуждены в связи с данным инцидентом за двойное убийство при отягчающих обстоятельствах, либо за злоупотребление должностными полномочиями, либо за воспрепятствование правосудию. Вместе с тем Европейский Суд не был убежден в том, что исход возобновленного производства по уголовному делу восстановил права заявителей в достаточной степени. Запоздалое признание того факта, что сын заявителей был убит при отягчающих обстоятельствах, более, чем через девять лет после убийства, в совокупности со значительными периодами бездействия со стороны органов следствия, явно свидетельствовало об уклонении от доступа к правосудию.

После возобновления расследования заявитель на протяжении длительного периода времени, даже при отсутствии статуса потерпевшего, сам проводил расследование, допрашивая различных ключевых свидетелей и собирая иные доказательства. Несмотря на то, что уже существовали материальные доказательства причастности соответствующих сотрудников полиции к незаконному применению силы по отношению к сыну заявителей, уполномоченным органам власти государства-ответчика, тем не менее, понадобилось почти три года для того, чтобы завершить предварительное расследование и передать дело в суд. Обвинительный приговор по делу об убийстве был позже вынесен на основании, в том числе, доказательств, собранных самим заявителем.

Европейский Суд не мог не отметить, что убийство заявителя в результате взрыва бомбы у могилы его сына было вызвано его активной общественной деятельностью, направленной на выяснение обстоятельств действий сотрудников полиции, ответственных за смерть его сына. Выполняя задачу следователя, которую должны были выполнять соответствующие органы власти, заявитель подверг себя риску стать жертвой мести. Европейский Суд подчеркнул, что трагические события настоящего дела являются очередным примером того, насколько осязаемо пагубными могут быть последствия отсутствия надлежащей тщательности со стороны органов власти, ответственных за расследование преступлений против жизни, особенно в случаях коррупции в органах полиции.

Заявительнице не был предоставлен статус потерпевшей в рамках возобновленного расследования. Отсутствие у нее возможности принимать участие в судебном разбирательстве после смерти ее мужа (погибшего в результате взрыва бомбы у могилы их сына) лишило ее возможности требовать и получить соответствующую компенсацию вреда, который ей и ее погибшему мужу был причинен в результате убийства их сына сотрудниками полиции.

Несмотря на то, что необходимо уважительно относиться к выбору внутригосударственных судов относительно подходящих мер наказания за жестокое обращение и убийство, Европейский Суд должен осуществлять свое вмешательство в случаях явного несоответствия между тяжестью деяния представителей государства и тяжестью назначенного им наказания. Это чрезвычайно важно для поддержания общественного доверия, обеспечения соблюдения верховенства права и предупреждения любого проявления терпимости по отношению к незаконным действиям представителей государства или видимости сговора с ними.

В деле заявителей, хотя законодательство Грузии допускало назначение более тяжкого наказания, либо 20 лет лишения свободы, либо пожизненное лишение свободы, суд изначально назначил двум осужденным за убийство сына заявителей при отягчающих обстоятельствах наказание в виде 16 лет лишения свободы. При этом, назначая такое наказание, суд знал, что срок будет еще снижен на четверть в результате автоматического применения положений закона об амнистии. Можно было сожалеть о том, что при разработке закона об амнистии законодатель не придал надлежащего значения необходимости наказывать серьезные неправомерные действия полиции с несгибаемой строгостью. Когда представитель государства, в частности, сотрудник правоохранительных органов осужден за преступление, которое нарушило статью 2 Конвенции, амнистия или помилование не должны допускаться. При назначении наказания сотрудникам правоохранительных органов за тяжкие преступления против жизни от органов государственной власти ожидается еще большая строгость, чем при наказании обычных преступников, поскольку речь в данном случае идет не только об индивидуальной уголовно-правовой ответственности исполнителей, но и об обязанности государства бороться с безнаказанностью, которой преступники, по их мнению, пользуются в силу своего должностного положения, и поддерживать доверие общественности и уважение к правоохранительной системе.

Двум сотрудникам полиции, которые были признаны виновными в убийстве при отягчающих обстоятельствах, суд не запретил занимать государственные должности. Они снова могли вступить в ряды сотрудников правоохранительной системы после отбытия назначенного им наказания. Если бы за исполнителями такого особо тяжкого преступления могло сохраняться право занимать государственные должности в будущем, это являлось бы абсолютно недопустимым и подавало бы общественности неправильный сигнал. Наказание, назначенное двум сотрудникам полиции, которые убили сына заявителей и его друга при тяжких обстоятельствах, с заранее продуманным злым умыслом и с использованием правоохранительной системы только для этой цели, не являлось адекватным в отношении совершенных преступлений.

С учетом вышеизложенного, несмотря на осуждение пяти сотрудников полиции, уголовно-правовая система оказалась далека от строгости, и нельзя было сказать, что она имела достаточно сдерживающий эффект для предупреждения совершения аналогичных преступлений в будущем.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу было допущено нарушение требований статьи 2 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителям 45 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

Европейский Суд также постановил, что по делу было допущено нарушение статьи 2 Конвенции в ее материально-правовом аспекте. Суды Грузии ясно доказали, что за убийство сына заявителей несли ответственности власти государства-ответчика.

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.