ЕСПЧ выявил нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2019-12-11 10:34:47

Постановление ЕСПЧ от 28 марта 2019 года по делу "Кереселидзе (Kereselidze) против Грузии" (жалоба N 39718/09).

В 2009 году заявителю была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Грузии.

По делу обжалуется исправление даты начала отбывания наказания в виде лишения свободы без проведения устного слушания. По делу допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. По делу не допущено нарушений статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Заявитель был признан виновным в совершении убийства и осужден к лишению свободы сроком на 20 лет (далее - первый приговор). Позднее заявитель был признан виновным в покушении на побег из места лишения свободы и осужден к лишению свободы сроком на четыре года и шесть месяцев (далее - второй приговор). Суд первой инстанции указал, что наказание по совокупности приговоров начинало течь с даты совершения второго преступления.

После принятия данного решения судом первой инстанции в положения Уголовного кодекса Грузии, регулирующие вопросы назначения наказания по совокупности приговоров, были внесены изменения, в соответствии с которыми окончательное наказание по совокупности приговоров должно было исчисляться с даты вынесения более позднего по времени приговора.

Верховный суд Грузии, рассмотрев жалобу заявителя, уменьшил срок наказания за совершение первого преступления до 15 лет лишения свободы и признал, что срок наказания заявителя по совокупности приговоров начинал течь с даты совершения им второго преступления.

Соответственно, срок наказания, назначенного заявителю, должен был истечь 29 сентября 2010 г.

Апелляционный суд оставил второй приговор, вынесенный заявителю, без изменения и постановил, что тот должен был отбыть наказание по совокупности приговоров, которое начинало течь в дату совершения второго преступления. В то время, когда Верховный суд Грузии рассматривал жалобу заявителя по вопросам права, апелляционный суд в порядке письменной процедуры и без участия сторон принял решение об исправлении ошибки в постановлении: дата, с которой начинал течь срок наказания по совокупности приговоров, была изменена на дату назначения последнего наказания.

Верховный суд Грузии удовлетворил жалобу заявителя по вопросам права, поданную на второй приговор. Верховный суд Грузии отметил, что апелляционный суд не принял во внимание уменьшение срока первого наказания, назначенного заявителю. Он учел исправленное постановление апелляционного суда и признал, что срок заново посчитанного наказания по совокупности приговоров начал течь с даты назначения наказания за второе преступление. Данное наказание должно было истечь 12 апреля 2013 г., но заявитель был освобожден раньше, в январе 2013 года.

Ходатайство заявителя об исправлении ошибок в решении Верховного суда Грузии, касавшихся даты начала срока наказания по совокупности приговоров, было оставлено без удовлетворения.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения пункта 1 статьи 6 Конвенции. (a) Применение пункта 1 статьи 6 Конвенции. Внесенное апелляционным судом в приговор исправление даты начала срока наказания по совокупности приговоров, назначенного заявителю, повлияло на ожидаемую дату его освобождения. Вопрос о том, являлась ли ошибка, допущенная в ранее вынесенных постановления и решениях, достаточно очевидной, и могла ли она быть исправлена с помощью механизма исправления ошибок, представлялся, по меньшей мере, допускающим различные толкования. Соответственно, процедура исправления ошибок в судебных решениях, примененная в случае заявителя, по своему характеру повлияла на определение наказания, назначенного заявителю, как часть уголовного судопроизводства по его делу. Следовательно, пункт 1 статьи 6 Конвенции мог быть применен в настоящем деле.

(b) Существо жалобы. Доводы заявителя, касавшиеся конкретных обстоятельств дела, например, о наличии вынесенного в более раннюю дату решения Верховного суда Грузии, в котором указывалась дата начала срока наказания по совокупности приговоров (данное решение не было отменено явным образом), о том, вышел ли апелляционный суд за пределы действия статьи 615 Уголовно-процессуального кодекса (далее - УПК Грузии) (которая регулировала пределы внесения исправлений), и о том, можно ли было приравнять исправленное решение апелляционного суда к ухудшению правового положения заявителя в нарушение положений УПК Грузии, делали его жалобу на исправления, внесенные в судебное решение, по крайней мере, небезосновательной и требовали рассмотрения данного вопроса в судах Грузии в рамках состязательного судопроизводства.

В этой связи Европейский Суд отметил, что исправленное решение апелляционного суда было принято без участия заявителя и вручено ему уже после вынесения Верховным судом Грузии окончательного решения. Действительно, Верховному суду Грузии было известно об исправленном решении апелляционного суда, и он, по-видимому, согласился с данным решением, прямо указав исправленную дату начала срока наказания по совокупности приговоров. Однако к тому моменту, когда исправленное решение апелляционного суда было вынесено апелляционным судом, жалоба заявителя по вопросам права уже была направлена в Верховный суд Грузии. Кроме того, если учесть, что Верховный суд Грузии рассмотрел дело без проведения устного слушания, у заявителя фактически отсутствовала возможность узнать о вынесении апелляционным судом исправленного решения и изложить свои доводы в дополнение к ранее поданной жалобе или отдельным иском относительно пересмотренной даты начала срока наказания по совокупности приговоров и ее соответствия законодательству Грузии.

Независимо от того, рассматривался ли данный вопрос с точки зрения права на доступ к правосудию или права на устное слушание, суть вопроса состояла в том, что вследствие применения к заявителю процедуры исправления ошибок в судебных решениях таким образом, что он был лишен возможности представить свои доводы в отношении изменения даты начала срока наказания по совокупности приговоров в устной или письменной форме, судебное разбирательство по уголовному делу, возбужденному в отношении заявителя, стало несправедливым.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу было допущено нарушение требований пункта 1 статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

По поводу соблюдения статьи 5 Конвенции. Заявитель был лишен свободы на основании приговора, вынесенного компетентным судом. В связи с этим было необходимо рассмотреть вопрос о том, нарушило ли решение об изменении даты начала срока наказания по совокупности приговоров, принятое апелляционным судом в более раннюю дату в рамках процедуры, которую Европейский Суд признал нарушающей статью 6 Конвенции, требование о "правомерности" в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Конвенции.

В настоящем деле требовалось установить, являлось ли "правомерным" лишение заявителя свободы на срок, который фактически увеличился после изменения даты начала срока наказания по совокупности приговоров. В этом отношении вопрос заключался в том, была ли ошибка, допущенная судами Грузии относительно даты начала исполнения срока наказания, назначенного по совокупности приговоров, очевидной, вследствие чего исправление данной ошибки было ожидаемо и допустимо в соответствии с законодательством и практикой, действовавшими в период, относившийся к обстоятельствам дела, или же такое исправление выходило за рамки соответствующих положений законодательства.

С одной стороны, Уголовный кодекс Грузии в редакции, действовавшей в момент совершения заявителем второго преступления, прямо не уточнял дату начала срока наказания по совокупности приговоров. С другой стороны, последующее исправление ошибок в судебном решении, по-видимому, было основано, хотя и косвенно, на Уголовном кодексе Грузии в измененной редакции, в котором прямо указывалось, что датой начала срока наказания по совокупности приговоров являлась дата назначения последнего из наказаний. В решении по другому делу Верховный суд Грузии разъяснил, что соответствующее положение могло иметь обратную силу. Это решение предшествовало как внесению апелляционным судом исправлений в судебное решение, так и принятию Верховным судом Грузии окончательного решения по делу заявителя.

Следовательно, хотя вопрос о предсказуемости применения законодательства, касавшегося даты начала срока отбывания наказания по совокупности приговоров, не был рассмотрен судами Грузии, исправление судебного решения было произведено, судя по всему, после разъяснений, данных Верховным судом Грузии по другому делу. При таких обстоятельствах Европейский Суд не вправе строить предположения относительно законности лишения заявителя свободы после 29 сентября 2010 г., которое было осуществлено на основании законодательства и практики, действовавших в период, относившийся к обстоятельствам настоящего дела. Соответственно, лишение заявителя свободы ex facie не нарушало законодательство Грузии.

Европейский Суд ранее отклонял довод о том, что каждое нарушение статьи 6 Конвенции влекло за собой нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции. Несмотря на то, что Европейский Суд устанавливал нарушение статьи 6 Конвенции, он не считал, что характер нарушения уничтожал самую суть права, гарантированного данной статьей Конвенции. Таким образом, нарушение статьи 6 Конвенции не являлось явным отказом в доступе к правосудию.

Следовательно, лишение заявителя свободы было обоснованным в соответствии с подпунктом "a" пункта 1 статьи 5 Конвенции.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу не было допущено нарушения требований статьи 5 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил заявителю 1 500 евро в качестве компенсации морального вреда.

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.