ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2018-09-30 06:34:00

Постановление ЕСПЧ от 23 мая 2017 года по делу "Матиошайтис и другие (Matiosaitis and Others) против Литвы" (жалобы N 22662/13 и другие).

В 2013 году заявителям была оказана помощь в подготовке жалоб. Впоследствии жалобы были объединены и коммуницированы Литве.

По делу успешно рассмотрены жалобы на назначение заявителям наказания в виде пожизненного лишения свободы, не предусматривающего реальной перспективы их освобождения. По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Шесть заявителей, жалобы которых были признаны приемлемыми для рассмотрения по существу, отбывают пожизненное лишение свободы. В своих обращениях в Европейский Суд они жаловались в соответствии со статьей 3 Конвенции на то, что их приговоры не могли быть смягчены de jure или de facto.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

Европейский Суд должен был рассмотреть вопрос о том, следует ли квалифицировать санкции, примененные к заявителям, как несмягчаемые, или имелась ли у них перспектива освобождения.

(a) Досрочное освобождение, смягчение в связи с неизлечимой болезнью, амнистией и переквалификацией приговора. Ни одна из этих мер не предоставляла реальную перспективу освобождения. В соответствии с законодательством Литвы могут быть освобождены только заключенные, отбывающие фиксированные сроки, а не пожизненное лишение свободы. Со своей стороны, как последовательно указывал Европейский Суд, смягчение пожизненного заключения в связи с неизлечимой болезнью не может рассматриваться как "перспектива освобождения". Аналогичным образом амнистия согласно законодательству Литвы не может рассматриваться как мера, предоставляющая осужденным к пожизненному лишению свободы перспективу смягчения их наказания или освобождения. Все прежние амнистии, провозглашенные сеймом, не применялись к лишенным свободы за особо тяжкие преступления, а три амнистии прямо исключали пожизненно лишенных свободы из круга своего действия. Кроме того, в качестве акта общего, а не индивидуального применения амнистии, по-видимому, не учитывается реабилитационный аспект каждого конкретного заключенного. Как Европейский Суд указывал в более ранних делах, пересмотр наказания, осуждающего на всю жизнь, должен позволять властям оценивать любые изменения в осужденном к пожизненному лишению свободы и любой прогресс в отношении реабилитации. Наконец, хотя статья 3 нового Уголовного кодекса допускает переквалификацию пожизненных наказаний и смягчение до определенного срока, это было нетипичное явление, все имевшие на это право заявители уже безуспешно обращались с ходатайствами в соответствии с данным положением.

(b) Президентское помилование. Пожизненные заключенные приобрели право ходатайствовать о помиловании в течение периода, существенно меньшего, чем 25-летний максимум, который Европейский Суд признал приемлемым в деле Винтера и других и деле Мюррея. Данная процедура была транспарентна и доступна, включала ряд критериев, которые позволяли президенту на основании заключения комиссии по помилованию оценить, было ли продолжение лишения свободы пожизненного заключенного оправданным правомерными пенологическими основаниями. Однако президентское помилование не могло рассматриваться как делающее пожизненные приговоры смягчаемыми de facto. Во-первых, ни комиссия по помилованию, ни президент не были обязаны приводить мотивировку отказа в помиловании. Во-вторых, указы о президентском помиловании не подлежали судебной проверке и не могли быть оспорены непосредственно заключенными. В-третьих, работа комиссии по помилованию не была открытой, и ее рекомендации не были юридически обязательными для президента. В итоге президентские полномочия по помилованию в Литве являлись современным эквивалентом королевской прерогативы милости, основанной на принципе гуманизма, а не механизмом, обладающим адекватными процессуальными гарантиями для проверки ситуации заключенных, что позволяло бы корректировать их пожизненные приговоры. Кроме того, условия содержания пожизненных заключенных не способствовали их реабилитации: хотя в тюрьме Лукишкес, где пожизненные заключенные должны отбывать первые 10 лет своего лишения свободы, был организован ряд программ социальной реабилитации, Европейский комитет по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) сообщил, что заключенные содержались 22,5 часа в день в своих камерах и находились в изоляции небольшой группы почти в отсутствие возможности отношений с заключенными из других камер.

Чтобы гарантировать надлежащее рассмотрение перемен и прогресса в отношении реабилитации, достигнутого пожизненным заключенным, пересмотр пожизненного наказания должен влечь либо приведение мотивов исполнительной властью либо судебную проверку таким образом, чтобы даже видимость произвола могла быть исключена. Президентское помилование в Литве de facto не позволяло пожизненным заключенным знать, что они должны сделать, чтобы рассматривалось их освобождение и при каких условиях, кроме того, отсутствовала судебная проверка их содержания под стражей. Соответственно, пожизненные наказания заявителей не могли считаться смягчаемыми для целей статьи 3 Конвенции.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу допущено нарушение требований статьи 3 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции. Установление факта нарушения само по себе составляет достаточную справедливую компенсацию морального вреда.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.