ЕСПЧ присудил заявителю 20 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

Заголовок: ЕСПЧ присудил заявителю 20 000 евро в качестве компенсации морального вреда. Сведения: 2018-09-24 11:23:10

Постановление ЕСПЧ от 09 января 2018 года по делу "Кадушич (Kadusic) против Швейцарии" (жалоба N 43977/13).

В 2013 году заявителю была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Швейцарии.

По делу успешно рассмотрена жалоба заявителя на замену назначенного ему приговором суда по уголовному делу наказания в виде лишения свободы на содержание в психиатрическом лечебном учреждении на период, превышающий срок лишения свободы, указанный в приговоре, реализацию замены вида наказания на основании медицинского обследования, проведенного с нарушением сроков, и без его перевода в надлежащее лечебное учреждение.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

В 2005 году заявитель был приговорен к восьми годам лишения свободы. В 2007 году судом второй инстанции приговор был оставлен без изменения. В 2012 году, после пересмотра приговора, исполнение оставшегося срока наказания было приостановлено и заменено "терапевтическими мерами в стационаре" ввиду имевшихся у заявителя проблем с психическим здоровьем. Заявитель неоднократно отказывался проходить назначенное психиатрическое лечение. Он утверждал, что (i) его содержание под стражей вне пределов назначенного приговором срока было незаконным, (ii) что ретроспективно было применено более тяжкое наказание (в той мере, в которой правовым основанием для применения обжалуемой меры являлся Уголовный кодекс, введенный в действие в 2007 году), и что (iii) пересмотр приговора нарушил принцип ne bis in idem.

Ne bis in idem (лат.) - запрет повторного наказания за одно и то же преступление.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

По поводу соблюдения статьи 4 Протокола N 7 к Конвенции. В статье 4 Протокола N 7 к Конвенции прямо утверждается, что она не препятствует возобновлению дела, "если новые или вновь открывшиеся" обстоятельства могут повлиять на исход дела.

Федеральный верховный суд отметил, что серьезное психическое заболевание, которым страдал заявитель, уже имело место, но не было диагностировано в период постановления первого приговора по делу. В соответствии с Уголовным кодексом в таких случаях терапевтическая мера может быть назначена путем пересмотра первоначального судебного решения.

Отсутствовали какие-либо основания сомневаться в том, что психическое заболевание заявителя являлось вновь открывшимся обстоятельством или что пересмотр приговора соответствовал законодательству и уголовно-процессуальному праву Швейцарии.

По поводу соблюдения пункта 1 статьи 5 Конвенции. Прежде всего Европейский Суд исключил применение подпункта "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции, а также признал неприемлемыми для рассмотрения по существу жалобы на нарушение подпунктов "a" и "e" пункта 1 статьи 5 Конвенции по следующим основаниям.

В 2005 году в обвинительном приговоре по делу заявителя не упоминалось о необходимости принятия каких-либо терапевтических мер ни в стационаре, ни амбулаторно. В той степени, в которой приговор 2012 года заменил первоначальный приговор или как минимум приостановил его действие, на содержание заявителя в исправительном учреждении начиная с 22 августа 2012 г. более не распространялись положения первоначального приговора.

Согласно законодательству Швейцарии терапевтическое лечение в стационаре могло быть применено путем пересмотра первоначального приговора, если возникли новые обстоятельства. Европейский Суд был готов в принципе согласиться с тем, что производство по пересмотру первоначального приговора, в ходе которого была применена обжалуемая мера, могло являться причиной, связывающей эту меру и первоначальный приговор. Однако эта связь в итоге могла бы быть прервана, если бы дальнейшее содержание лица под стражей было обусловлено основаниями, несовместимыми с изначальными целями приговора. Следовательно, чтобы проверить, было ли обжалуемое лишение свободы произвольным, в настоящем деле необходимо учитывать факторы, которые, по-видимому, относятся к сфере действия подпункта "e" пункта 1 статьи 5 Конвенции.

Во-первых, хотя порядок событий и прошедшее значительное время сами по себе не являлись решающими элементами, Европейский Суд отметил, что рассматриваемая мера была назначена почти через семь лет после постановления первого приговора по делу заявителя и за семь месяцев до планируемого завершения отбывания заявителем наказания.

Во-вторых, рассматриваемая мера была назначена судом второй инстанции почти через три года и 11 месяцев после составления в 2008 году первого медицинского заключения, в котором указывалось на имевшиеся у заявителя проблемы с психическим здоровьем и через два года и два месяца после составления дополнительного заключения в 2010 году. Данный период представляется чрезмерным (более поздний ответ второго эксперта для суда второй инстанции от 2012 года, за несколько месяцев до назначения меры, касавшейся ограниченного вопроса о подходящих для заявителя учреждениях, не имел значения в этом отношении).

В-третьих, в своем ответе второй эксперт указал два исправительных учреждения, которые могли оказать терапевтическое лечение по смыслу соответствующей статьи Уголовного кодекса. Однако заявителя не перевели в эти места, а оставили в первоначальном исправительном учреждении. Таким образом, заявителю не оказывалось лечения в надлежащих условиях, несмотря на тот факт, что законодательство государства-ответчика подразумевало, что, если подходящее учреждение не могло быть найдено, применение меры должно было быть прекращено. Тот факт, что заявитель отказался проходить какое-либо психиатрическое лечение, не оправдывал его содержание в не приспособленном для него учреждении на протяжении нескольких лет.

В итоге обжалуемая мера, которая была применена, когда заявитель должен был уже вскоре завершить отбывание наказания по первому приговору и которая продолжает действовать до сих пор, была основана на недостаточно своевременных экспертных оценках и привела к тому, что заявителя содержали на протяжении более чем четырех с половиной лет после истечения назначенного ему по приговору срока наказания в учреждении, которое явно не отвечало состоянию его здоровья.

Соответственно, поскольку лишение заявителя свободы на основании приговора 2012 года было несовместимо с целями первоначального приговора, на него не могли распространяться положения подпункта "a" пункта 1 статьи 5 Конвенции.

По поводу соблюдения статьи 7 Конвенции. В настоящем деле Федеральный суд Швейцарии отметил, что, даже если предположить, что терапевтическое лечение в условиях стационара можно было бы рассматривать как наказание, предусмотренная действовавшим ранее (на момент совершения заявителем противоправных деяний) законодательством мера была такой же строгой, как и установленная новым законодательством (вступившим в действие с 1 января 2007 г.), поскольку даже тогда компетентный суд имел право вынести постановление о помещении в психиатрический стационар осужденного, представлявшего серьезную угрозу для безопасности других лиц.

Заявитель не представил убедительных причин, которые могли бы позволить усомниться в этом выводе, а также он не утверждал, что пересмотр первоначального приговора был бы невозможен согласно ранее действовавшим нормам, предусмотренным кантональным правом.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу требования подпункта "a" пункта 1 статьи 5 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

По делу требования статьи 7 Конвенции нарушены не были (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции Европейский Суд присудил заявителю 20 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.