ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Заголовок: ЕСПЧ выявил нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сведения: 2018-09-24 11:05:36

Постановление ЕСПЧ от 30 января 2018 года по делу "Компания "Секмадиенис Лтд." (Sekmadienis Ltd.) против Литвы" (жалоба N 69317/14).

В 2014 году компании-заявительнице была оказана помощь в подготовке жалобы. Впоследствии жалоба была коммуницирована Литве.

По делу успешно рассмотрена жалоба на назначение коммерческой компании штрафа за распространение рекламы одежды с изображением надписей религиозного содержания. По делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

Компания-заявительница была оштрафована на сумму, эквивалентную 580 евро, органом государственной власти по защите прав потребителей за нарушение подпункта (1) пункта 2 статьи 4 Закона о рекламе в связи с проведением рекламной кампании, нарушающей общественную мораль. Кампания заключалась в показе серии рекламных роликов, в которых снялись модели в дизайнерской одежде с надписями: "Иисус, какие штаны!", "Дева Мария, какое платье!" и "Иисус [и] Мария, что на Вас одето!". Жалобы компании-заявительницы во внутригосударственные суды были отклонены.

 

ВОПРОСЫ ПРАВА

 

Штраф, примененный к компании-заявительнице, являлся вмешательством в ее право на свободу выражения мнения, преследовал законные цели защиты морали, основанной на христианской вере, и защите прав религиозных людей не подвергаться оскорблениям на основании их убеждений.

Европейский Суд постановил, что отсутствует необходимость в определении того, было ли вмешательство предусмотрено законодательством, поскольку в любом случае оно не было необходимо в демократическом обществе.

Во-первых, рекламные ролики (в которых было создано безошибочное сходство между изображенными лицами и религиозными фигурами) не предназначались для участия в какой-либо общественной дискуссии, касавшейся вопросов религии или любых других вопросов, представляющих общий интерес, поэтому пределы усмотрения внутригосударственных властей были, соответственно, более широкими.

Во-вторых, рекламные ролики на первый взгляд не казались необоснованно оскорбительными или оскверняющими либо разжигающими ненависть на основании религиозных убеждений, и они не представляли собой необоснованные и оскорбительные нападки на религию. Следовательно, именно внутригосударственные суды должны были представить соответствующие и достаточные доказательства того, почему рекламные ролики, тем не менее, противоречили общественной морали.

В-третьих, доводы, приведенные внутригосударственными судами и другими органами власти, не могли считаться относящимися к делу и достаточными, поскольку (i) власти не привели надлежащих обоснований того, почему ссылка на религиозные символы в рекламных роликах была оскорбительной или почему образ жизни, который был "несовместим с принципами верующего человека", обязательно несовместим с общественной моралью; (ii) власти не рассмотрели аргумент компании-заявительницы о том, что имена Иисус и Мария в рекламных роликах использовались не как религиозные ссылки, а как эмоциональные упоминания, распространенные в устном литовском языке и создающие тем самым комический эффект; (iii) даже при том, что все решения внутригосударственных судов содержали ссылки на "верующих людей", единственной религиозной группой, с которой проводились консультации в ходе судебного разбирательства, была Римская католическая церковь, несмотря на существование в Литве других христианских и нехристианских общин; (iv) даже предположив, что власти государства-ответчика были правы относительно мнения о том, что рекламные ролики должны считаться оскорбительными для большинства населения Литвы, исповедующего христианскую веру, было бы несовместимо с основополагающими конвенционными ценностями, если бы осуществление конвенционных прав меньшинством зависело бы от того, принимает ли их большинство.

В итоге внутригосударственные органы власти не смогли установить справедливого баланса между, с одной стороны, защитой общественной морали и правами верующих людей, а, с другой стороны, правом заявителя на свободу выражения мнения. Формулировка их решений подтвердила, что власти отдали абсолютное преимущество защите чувств верующих людей и не уделили надлежащего внимания праву компании-заявительницы на свободу выражения мнения.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

По делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции (принято единогласно).

 

КОМПЕНСАЦИЯ

 

В порядке применения статьи 41 Конвенции Европейский Суд присудил компании-заявительнице 580 евро в качестве компенсации материального ущерба.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011-2018 Юридическая помощь в составлении жалоб в Европейский суд по правам человека. Юрист (представитель) ЕСПЧ.